Тарас знал, что скоро настигнет зверя, но шёл осторожно, боясь спугнуть его. И не упущенной добычи было ему жаль, а ног изюбра, которые тот наверняка поранил бы, уносясь от преследователя.
В полдень Тарас остановился, прислушался. В чаще деревьев, перепутанных лианами лимонника и дикого винограда, охотник уловил еле слышный щелчок треснувшего сучка. "Здесь!". Сушняк потрескивал всё ближе, и Тарас в волнении вставил в ружьё патрон с красной капсулой снотворного. Сердце учащённо билось как на всякой охоте! Сейчас он увидит благородного красавца, увенчанного роскошными рогами. Но осторожный треск прекратился. Олень оставался в чаще, и подойти к нему на выстрел в зарослях колючего элеутерококка нечего было и думать. Тарас присел на валежину, замер с открытым ртом, чтобы лучше слышать, но всё было тихо. Лишь кедровки и сойки копошились в хвое, и время от времени тяжёлый ком мокрого снега срывался вниз с глухим стуком.
Глотнув из фляги холодного чаю, Тарас пошёл круто влево, намереваясь обойти ельник кругом. Через полчаса он увидел цепочку следов, вынырнувшую из ельника и потянувшую вниз, к устью горного ключа. "Ах, ёшкин свет, улизнул втихоря!" -- незлобно подумал Тарас об олене, вновь загибая влево. -- Хорошо, что бык вышел из ельника, там всё одно вертолет не смог бы подобрать его".
Зверя он увидел неожиданно близко от себя. Качнув головой с круто торчащими вверх ветвистыми рогами, тот несколько мгновений смотрел на Тараса как бы нехотя и равнодушно и вдруг стремительной молнией метнулся в гущу леса, растворился в ней.
Чертыхаясь и ругая себя за допущенную оплошность, Тарас спустился в устье ключа, пересек его и оказался на краю просторной поляны, сплошь затянутой сухим бурьяном. Окинув её цепким взглядом, охотник не спешил выходить на открытое место. Чутьё не обмануло старика: в зарослях орешника он разглядел пару рядом стоящих оленей.
Рога рослого сильного изюбра органично вписывались в кружевную вязь таёжных узоров. Молодой красивый бык с великолепной осанкой гордо стоял на фоне вечернего заката. И столько было в его сказочном облике грации, изящества, что Тарас невольно опустил ружьё. Неосторожно хрустнул сухим сучком, и чудное видение вмиг исчезло. Только снег, подтаявший и утоптанный ногами изюбров, говорил об их недавнем присутствии. Но, вторично упустив добычу, Тарас уже не сожалел о потерянном времени. Усталость прошла, ему было легко и радостно. Он понимал, ради того чтобы увидеть в тайге эту красоту, он готов бродить по ней целую вечность.
Охотник пригнул к лицу ветку душистой, пахнущей мёдом вербы, выбросившей пушистые белые почки, вдохнул её аромат. Впервые за всю зиму счастливо улыбнулся: "Хорошо-то как, Господи! Весна близко, зиме конец!"
... В коттедже за шторами светящихся окон маячили тени, было слышно, как гулко стучат шары в бильярдной.
-- А вот и наш зверобой явился! Удрал от тебя олень? -- окружили Тараса вертолётчики. -- Ничего, завтра добудешь! Пойдем, выпьем!
Они еле ворочали языками. На полу, на столе валялись пустые бутылки.
Тарас раздражённо спросил:
-- И в таком виде вы собрались лететь на мой вызов за изюбром?
-- Да, а что? -- выдохнул сзади второй пилот, -- в любом виде полетим, не бойся. -- На вот, пей!
-- В тайге не пью, -- спокойно отвёл Тарас руку вертолётчика.
-- П-понимаю. П-поручение у тебя ... Оленя добыть на меж-ду-на-родный а-аукцион ... Так, что ли? Ха-ха-ха... На вертеле его за-жарят... Там... -- пилот показал рукой вверх, -- любят охотиться на даче. Это называется "королевская охота". Подгонят егеря готовенького рогача на выстрел. Трах! Вот и весь а-аукцион... Но это только между нами, - пилот приложил палец к губам и свалился на диван. Скоро он храпел рядом со своим собутыльником.
На лестнице послышались шаркающие шаги. Тарас обернулся. Не спеша ступая в мягких комнатных туфлях, отороченных горностаями, в роскошном турецком халате в гостиную спустился Борис Петрович.
-- Аким! -- позвал он. -- Пива холодного! А, это ты, охотник. Вижу - впустую прошлялся...
-- И слава Богу, -- резко ответил Тарас. -- Оказывается, олень для забавы нужен... Завтра в тайгу не пойду. Баста!
-- Очень мило. Ай да Филимонов! А говорил, охотник - надёжный человек ... -- Он зло взглянул на спящих на диване пилотов: -- Эти что ли проболтались? Мерзавцы! Уволю подлецов!