Прекрасные гражданские автомобили — «Мерседес», «Хорьх» и «Вандерер», которые до того, с целью экономии бензина, стояли в гараже, были оттуда выведены, и мы валялись на их, предназначенных для генеральных директоров, диванах.
Походным маршем нас перевели на полигон Гросс Борн у Нойштеттина в Померании. 10 мая 1940 года началась западная кампания. 17 июня Франции пришлось сдаться. Мы в боях не участвовали. Я признаюсь, это многих из нас задело, потому что мы не прошли «испытание на фронте». В качестве замены не состоявшейся для нас войны на полигоне с нас спустили семь потов. Я и сегодня считаю, что это было бессмысленно, но нас хотели закалить. Потом мы отправились обратно, на квартиры в Восточную Пруссию, в Бютов/Поммерн. Мы пробыли там приятные две недели, там были экскурсии, ротные вечеринки и контакты с населением, которое считало нас «победителями французов». Потом мы вернулись в Браунсберг. Наша рота была распущена, тем, у кого были на это основания, были предоставлены щедрые «отпуска на работу». Я, как крестьянский сын, разумеется, этот отпуск получил. Еще до отпуска нам разрешили подать заявления в танковые войска, которые во Франции доказали свое огромное значение и теперь должны были быть удвоены.
Тедди Берман, Вальтер Вегман и я подали заявления в «черные». Не прошло и двух недель моего отпуска, как я получил телеграмму: «Возвращайтесь. Состоялся перевод в танковые войска». Я не мог в это поверить.
На поезде мы поехали в 5-й танковый батальон в Нойруппин/Бранденбург. Расставание с Браунсбергом и моими товарищами прошло легко, я ехал в «мои» танковые войска, и со мной были мои друзья.
Танковым войскам я оставался верен 5 лет войны, 22 года в бундесвере и 12 лет в разработке танков после моей отставки. И до сегодняшнего дня я с ними связан.
Карта северной Восточной Пруссии показывает службу Альфреда Руббеля в гарнизонах Браунсберг (1), Кенигсберг (2), Инстербург (3) и Тильзит (4).
Глава 2. Обучение в танковых войсках в Керцлине и Шпроттау
Округ III. Берлин-Бранденбург — 6-й танковый учебный батальон — 5-я рота
Мы, Хайнц Берман, Вальтер Вегман и я, сидели в скором поезде, едущем в Берлин, и обсуждали наше будущее. С нами ехали еще несколько товарищей из Браунсберга. Я ждал только хорошего. И я не был разочарован вплоть до нашего горького конца в 1945 году.
Мы прибыли в Нойруппин, базу 6-го танкового полка, и оставались там несколько дней. Потом казармы были переведены в другое место, и 5-я рота переехала «на природу», на частные квартиры, в деревни Вильдберг и Керцлин (между Нойруппином и Нойштадт/Доссе). Нас троих расквартировали у крестьянина Плауе в Керцлине. В этой деревне стояли два взвода (около 60 человек), командирами взводов были лейтенант Броско и фельдфебель Хорнунг. Командование роты и еще один взвод находились в Вильдберге, там же стояли наши учебные танки — старый добрый Pz.I, учебная ванна на базе Pz.I, Pz.II и Pz.38t.
Хотя танковое обучение — стрельба и езда, занятия спортом — быстро шло вперед, другой стиль, принятый в танковых войсках, и то, что мы жили в деревне, а не в закрытой казарме, дали нам свободу, которой мы не знали в пехоте. Общение руководителей с подчиненными также было основано на взаимном уважении. Однажды крестьяне, у которых мы жили, сочли, что фельдфебель Хорнунг, по их мнению, слишком жестко с нами обходится, и вечером в деревенском трактире началось восстание — Хорнунгу пришлось в дальнейшем быть более осторожным.
Были частые увольнения в Нойруппин и в конце недели отпуска в Берлин. Но наша мобильность была ограничена, потому что мы пользовались плохо работавшим общественным транспортом.
Мое продвижение по службе проходило чрезвычайно медленно. 1 июня 1940 года я стал старшим стрелком, 1 декабря 1940 года — ефрейтором. После окончания обучения на заряжающего и наводчика (из танковой пушки я при этом ни разу не выстрелил) нас перевели в новообразованный 29-й танковый полк в Заган, там находились штаб полка и 1-й батальон, 2-й батальон находился в Любене, 3-й — в Шпроттау.
Мы попали в 9-ю, среднюю, роту на танках Pz.IV 3-го батальона. Вегман, Берман и я остались вместе, жили мы тоже вместе.
