- Позвольте спросить. Давно вы начали летать на «Либерти»?
- Уже третий год пошел. Дирижабль старый, двигатели на нем еще те, прожорливые. Его списать хотели, да все никак у хозяина руки не доходили. Решил последние рейсы на нем провести и продать в одном из них вместе с грузом. Капитан хотел новый, быстроходный, с этими, как их… котлы на никеле, проще говоря. Вместо центнеров угля берешь на борт небольшую стопку металлических пластин – и только воду в цистернах пополняй. Но – нет теперь хозяина, да и «Либерти» наверно тоже.
- Сочувствую вам.
- Я ведь тоже хотел свой дирижабль. Были бы деньги – согласился бы даже нашу развалину у капитана выкупить.
- Каждый имеет право на мечту, - ответил Рауль и обернулся. – Где это мадам Линсингтон пропала…
Ноэль тем временем нашла себе собеседника в лице пожилой дамы. Та была явно сильно потрясена произошедшем и теперь изливала ей душу тихим скрипучим голосом. Вместе с темнотой, легкой прохладой и запахом сырости этот голос создавал атмосферу тоски и уныния.
Из-за двери донеслись женские крики. Заключенные в карцере невольно притихли. Рауль вернулся к Ноэль и осторожно спросил:
- Мадам, у вас все в порядке?
- Как сказать, - ответила она усталым голосом. – Разве можно нахождение здесь назвать порядком? Впрочем, я так устала, что мне уже совершенно все равно.
- Вам следует хорошо отдохнуть, - сказал Рауль и уселся поудобнее. – Я сейчас именно этим и займусь.
-Да, пожалуй вы правы, - Ноэль обессилено легла на холодный каменный пол.
- Вы ведь так замерзнете совсем, - раздался со стороны женский голос. – Идите к нам, у нас теплее.
Голос принадлежал одной из сидящих неподалеку двух девушек. Спасаясь от холода, они завернулись в огромный теплый платок. И сейчас они были не против поделиться теплом с Ноэль, что та с радостью приняла. Журналисту же оставалось лишь сесть поудобнее, укрывшись курткой. Обхватив колени и положив на них подбородок, он попытался уснуть.
Рауль проснулся от громких криков, грохота и выстрелов. Пираты решили устроить небольшую пирушку по поводу новой добычи. Свободные от нравов и морали, они предавались животным инстинктам – пили без меры, устраивали драки, устраивали ужасный блуд с несчастными девушками – пленницами. Ужасная смесь запахов одуревших людей ничуть не портила безумного веселья. В исступлении пираты танцевали вокруг тлеющего на площадке костра, оглашая воздух своими дикими воплями и выстрелами в воздух. Несколько разбойников с легкой руки одного из капитанов забрались на дирижабли и принялись стрелять из сигнальных орудий фейерверками. Толпа восприняла это действо с неизменным шумным одобрением.
Не забыли хозяева острова и про пленных. Дверь карцера со скрежетом раскрылась, и в нее вошел коренастый малый с керосиновым фонарем в одной руке и небольшим ведерком в другой. Сделав несколько громких шагов он остановился, поставил ведерко на пол и осветил все углы карцера дрожащим слабым светом.
- Ужин прибыл. – быстро сказал он и вышел наружу.
Как только дверь закрылась, пленники с интересом направились к ведерку. В слабом свете там обнаружились скверно сваренные овощи.
- Я это есть не буду. – с возмущением сказала одна женщина.
- Если не хотите умереть с голоду – лучше не привередничать, - ответил мужчина в полосатых брюках и измятой рубашке и наклонился ниже. – Так, что тут у нас… Картошка, кукуруза, репа… Разбирайте аккуратнее.
Пленники не стали терять времени, и десяток рук тут же начали разбирать содержимое ведерка. Рауль так же смог урвать немного еды. Большую часть он отдал Ноэль и сидящим рядом девушкам.
- Благодарю, - сказала Ноэль. – Вы очень добры ко мне.
- Не стоит. Вам нужно беречь силы. Кто знает, сколько еще нам придется находиться в этом мрачном месте.
Веселье пиратов, даже в таком затерянном месте как эта скала, не осталось незамеченным. Наблюдатели с патрульного броненосца правительственного флота обнаружили вспышки над скалой и корабль, приняв их за сигнал бедствия, на всех парах направился туда.
Внешне броненосец внешне был похож на огромный темный утюг со скошенным кверху форштевнем, извергающий клубы черного дыма над морем. Он не мог сравниться в скорости с посыльными клиперами, но до скалы, виднеющейся на горизонте, мог вполне добраться в течение часа.
Тем временем, захмелевшие пираты начали скучать и выходить из под контроля. В небольшом дворике между трех построек, где горел костер, начались бурные пьяные драки. Никто не стеснялся в ругани, соблюдать какие-либо правила так же никто не думал. Еще четыре разбойника решили наведать пленников в поисках развлечений. Ворвавшись в карцер, они начали измываться над беспомощными людьми. Мужчин заставляли плясать и прыгать на коленях, с девушек срывали одежду и пытались похотливо заключить в объятья. Тех, кто пытался возмущаться или вмешаться – жестко избивали. Досталось и Раулю – один из пиратов сильно ударил его по лицу. Тот упал на спину, из разбитого носа потекла кровь. Гул в голове смешался с болью и на мгновение затмил осознание происходящего.
Внезапно, сквозь шум в голове, он услышал приглушенный звук выстрела орудия. Впрочем, не только он – в карцере все замерли и испуганно вслушивались в повисшую тишину.
- Джон, иди проверь что там наверху! – сказал один из пиратов своему напарнику.
- Да успокойся. Пушкари тоже хотели выпить за капитана.
Через мгновение прозвучал еще один выстрел. Орудия на вершине скалы решили предупредить неизвестное судно, что это место лучше обойти стороной. Но они жестоко ошиблись. На броненосце заметили и восприняли предупреждение как агрессию.
На бронированной палубе открылись огромные люки из четырех частей каждый, образовав закрытый с боков каземат. Подъемный механизм выдвинул орудийные площадки на палубу. На каждой из них было по два тяжелых бомбических орудия. Канониры быстро заняли позиции, зарядили орудия и произвели наводку. Офицеры отдали команду открыть огонь.
Когда пираты увидели вспышки на корабле, бежать уже было поздно. Четыре тяжелых ядра-бомбы с грохотом обрушились на скалы, заставив пиратскую обитель содрогнуться. Все веселье в миг прекратилось, разбойники начали метаться как перепуганные крысы. Капитан выбежал из своей каюты на рейдере и начал хриплым криком созывать экипаж на борт. Остальные бестолково топтались на месте, за исключением канониров – они бросились к заряжать установленные в укромных уголках скал орудия.
Оказавшись одни в незапертом карцере, пленники зашептались. Однако в дело быстро вмешался Максимилиан, громко заглушив остальных.
- Господа! Если вам дорога жизнь, и вы хотите покинуть этот остров целыми – прошу следовать за мной и соблюдать тишину. Слушаться только моих приказов!
- Чепуха! – раздался голос из темного угла. – Нас схватят эти мерзавцы, как только мы переступим порог этой двери!
- Вы слышите выстрелы? У пиратов сейчас явно проблемы, им точно не до нас. Это хороший шанс сбежать.
- Куда сбежать? Мы на острове, - вновь возразил сухой голос. – переждать здесь было бы безопаснее. Кто остается – скажите это сейчас!
- Я!
- Мы!
- Мы тоже!
- Что-ж, ваше право, - сказал Максимилиан. – Кто же желает попытаться – подойдите к двери.
Рауль поднялся на ноги и направился к освещенному проходу. Увидев его, поднялась и Ноэль, увлекая за собой сидящих рядом двух девушек. Подошло еще двое мужчин, одетых довольно просто. Старпом быстро объяснил им задуманный план.
- Сейчас тихо двигаемся к выходу. Возможно, у пиратов осталось что-нибудь, на чем можно улететь или доплыть до континента.
- А если нет?
- Тогда спрячемся в скалах. Это будет наверняка безопаснее, чем находиться в известном для пиратов месте.
Они тихо покинули карцер и вышли в прорубленный в скале коридор под приглушенный грохот пушечной дуэли.
«Укрыться в скалах безопаснее» - так думали и пираты, обустраивая свое логово. Действительно, небольшие суда и дирижабли практически ничего не могли сделать укрытым пушкам и закрытой с трех сторон базе. Но не в случае с новейшим броненосцем, оснащенным тяжелыми бомбическими орудиями. Каждый тяжелый снаряд – бомба, взрываясь на скалах, откалывал огромные массы камня, а разлетающиеся осколки прочесывали все пространство вокруг. После пары залпов у пиратских канониров уже была половина ранеными, с криками лежащих у орудий. Рейдер был готов к отлету и теперь неторопливо отходил от причала. Пропеллеры со скрипом вращались, капитан в ярости бросал команды экипажу. Суматоха на дирижаблях и острове усиливалась.