Она вздыхает, когда я толкаю ее на кровать и срываю с нее шорты. Жаль, что их пришлось надеть снова. Обещаю себе, что не уйду, пока ее простыни не впитают ее возбуждение.
Я провожу пальцами по ее киске и тут же погружаю их внутрь, наслаждаясь, как ее спина выгибается дугой, а губы раскрываются в немом крике.
— Сэйнт, — она шепчет, задыхаясь, — трахни меня, пожалуйста.
— Уже, — огрызаюсь я, усиливая ритм. Теперь нет места для нежности. Ее сводный брат довел меня до предела, и я должен убедиться, что мой запах запечатлелся на ней, как предупреждение ему, прежде чем я уйду.
— Нет, — ее протест срывается на стон. — Это не то... что я имела в виду. И ты... знаешь это.
— Знаю, — признаю я. — Но если войду в тебя, если мой член окажется внутри тебя, то я никогда не уйду. А это не пойдет тебе на пользу.
Слова напоминают мне, почему я должен бежать. Я взял, что хотел — ее имя, ценности, все, ради чего я сюда пришел. Если я трахну ее, то не смогу уйти. А в ее реальности мне нет места.
— Прошу, — повторяет она.
— Мне нравится, когда ты умоляешь, Хейли, — мой голос становится тише, почти шепот. — Очень нравится. Может быть, если ты будешь продолжать, я все же сделаю то, о чем ты просишь.
Я усиливаю нажим, заставляя ее извиваться под моими пальцами, но она снова тянется ко мне, ее руки теперь направлены к моим бедрам. Я не могу позволить ей прикоснуться ко мне, но, черт, как же я этого хочу.
— Умоляй меня снова. Убеди меня.
— Сэйнт, пожалуйста...
Она произнесла мое имя. Она победила.
Я убираю пальцы, хватаю ее за бедра и переворачиваю, чтобы ее голова оказалась на краю кровати, а глаза встретились с моими. В ее глазах загорается возбуждение, когда она догадывается, что я задумал.
— Расстегни мою молнию.
Она тут же подчиняется, расстегивает мои джинсы, опуская металлическую молнию и освобождая мой член. Ее пальцы сжимаются вокруг моего члена, и я чувствую, что он твердеет еще больше.
Ее прикосновения нежные, словно она боится ошибиться. Но нежность сейчас не то, что нужно ни мне, ни ей.
Я провожу большим пальцем по ее губам, слегка надавливая.
— Здесь, Хейли. Хочу быть в твоем красивом ротике, пока ты снова кончишь. И ты обязательно кончишь. И не один раз.
Она не колеблется. Берет член глубже, обводя языком каждый сантиметр. Ее губы сжимаются вокруг него, создавая ощущение, от которого я едва держусь на ногах.
— Блять... Хейли.
Я машинально двигаюсь вперед, заполняя ее еще больше, и замираю, чтобы не сорваться. Когда смотрю вниз, еле сдерживаюсь, чтобы не кончить — ее лицо запрокинуто, мой член глубоко в ее горле. Не удержавшись, я касаюсь ее шеи, проводя рукой по выступающему силуэту.
— Ты выглядишь потрясающе с моим членом во рту, — вырывается из меня. — Ты так охуенно сосешь.
Она отвечает, усиливая давление губами, и я почти теряю голову.
Прежде чем окончательно потерять себя, я беру ее руку и кладу на свое бедро.
— Если нужен воздух, постучи три раза. Не хочу, чтобы ты задохнулась.
В ответ она игриво постукивает меня по ноге.
Я наклоняюсь, проталкиваясь в нее еще глубже, упираюсь ладонью в кровать рядом с ней для равновесия и тянусь к ее пизде, раздвигая ноги. Она подчиняется без слов, ее тело будто создано для меня. Провожу пальцами по ее влажной коже, чувствуя, как она становится еще более скользкой.
Она стонет, обхватив мой член, и вибрации доставляют ей блаженство, подобного которому не бывает. Я погружаюсь в нее, а затем выхожу, поглаживая ее клитор. Я повторяю это несколько раз, пока ее бедра не начинают дрожать, и она не начинает дергаться, не в силах оставаться на месте.
— Собираешься кончить, милая? Нельзя, чтобы сводный брат услышал твои стоны, так что продолжай сосать.
Я погружаю пальцы еще глубже, подталкивая ее к оргазму.
— Кончи для меня, Хейли.
Ее тело тут же подчиняется. Она вздрагивает, ее крик заглушает мой член, а губы ослабляют хватку. Ее ногти вонзаются в мое бедро, прежде чем она сдерживается, оставляя ладонь неподвижной. Впрочем, я не против ее царапин. Черт, я жажду ее отметин. Их я могу забрать с собой.
Я начинаю выходить из нее, но ее рука на моих бедрах останавливает меня. Она снова сжимает губы вокруг члена, слегка прикусывая, давая понять, что хочет, чтобы я остался внутри нее.
Я чертовски счастлив.
Легонько касаюсь ее влажной сердцевины, но она с хриплым смешком сжимает ноги и отодвигается, отпуская меня.
— Слишком чувствительно, — шепчет она, переводя дыхание.
Она снова начинает сосать, и, хотя я хотел заставить ее кончить еще несколько раз, это настоящий триумф — знать, что я довел ее до предела, что подарил ей достаточно удовольствия.
Когда ее зубы снова чуть царапают меня, я показываю, что сейчас не время для игр. Не сейчас, когда я так близок к краю. Я хватаю ее за волосы, удерживая голову под нужным мне углом. Проверив, что ее рука все еще покоится на моем бедре — на случай, если ей понадобится остановиться, — я начинаю двигаться. Ее легкий кашель на мгновение заставляет меня остановиться.
— Все в порядке?
Она кивает, и я продолжаю, крепче сжимая ее волосы, погружаясь глубже и задавая ритм, которому она следует идеально. Ее ноги снова раздвигаются, подчеркивая покорность.
— Ты так хорошо принимаешь меня, Хейли. Так чертовски приятно. Хотя сосать у незнакомца, ворвавшимся в твой дом – идея не очень хорошая.
Вид ее розовой киски, рта, обхватывающего мой член, ее языка, ласкающего головку, выводит меня из равновесия.