— Ты не такая, — замечаю я.
— Моя цель — добиться стабильности в карьере, чтобы просто жить. Потому что, как ни крути, мир держится на деньгах. Но кроме этого мне ничего не нужно. Не хочу быть как она.
— Гнаться за деньгами?
Она вздыхает.
— И за ними, и за всем остальным. Она изменила отцу, и я так и не смогла ее простить за то, что разрушила нашу семью. С тех пор у меня не было хорошего Рождества. Последний раз я радовалась, когда мне было семнадцать. Если честно, там много всего, но если начну рассказывать, то засидимся до утра.
Я бы с удовольствием слушал ее хоть всю ночь. Честно говоря, я хочу этого — узнать о ней все. Но я понимаю, почему она не хочет углубляться.
Я обдумываю ее слова. Как долго я сам мечтал о семье, но Хейли одним своим рассказом доказала, что дом, как этот, и семья, как у нее, вовсе не всегда приводят к счастливому финалу. У людей есть свои секреты и сложное прошлое.
— Это было лучшее Рождество за долгое время, — неожиданно шепчет она, и у меня на душе становится теплее.
— Я рад, Хейли. — Я провожу ладонью по ее руке, наслаждаясь тем, что могу так свободно ее касаться. — Для меня тоже. — Это был мой единственный хороший праздник. Единственный день рождения, когда я был доволен тем, что остался жив. — Если бы ты могла загадать любое желание в мире, что бы это было?
Она долго молчит. Настолько, что я уже думаю, будто она решила не отвечать. Но наконец ее слова звучат почти шепотом:
— Я не знаю.
Часть меня радуется этому ответу.
Другая часть — до ужаса напугана.
Мне нужно убираться отсюда. Пока я не взял из этого дома еще кое-что.
Ее.
10.ХЕЙЛИ
Когда я закончила говорить, Сэйнт стал подозрительно тихим. Его взгляд устремлен не на меня, а на дерево. Чувствуется, как он отстраняется. Пытаюсь напомнить себе, что это к лучшему, потому что ночной незнакомец не может стать частью моей жизни. Не тогда, когда нужно вернуться в университет через два дня, а он... Постоянно куда-то уезжает.
— Даже если я не могу удержать тебя, теперь ты моя, и я защищаю то немногое, что могу назвать своим.
Как бы все ни было запутано, за последние двадцать четыре часа я стала его. Часть меня всегда будет принадлежать моему темному воришке. Он был рождественским чудом, которого я ждала, но не осознавала этого.
— Если кто-нибудь, твой сводный брат или кто-то другой, хотя бы подумает о том, чтобы причинить тебе вред, я выслежу их, Хейли. Мне все равно, придется ли ехать к тебе на другой конец страны, я всегда буду защищать тебя. Даже если я не могу удержать тебя, теперь ты моя, и я защищаю то немногое, что могу назвать своим.
Это не слова того, кому наплевать.
Внезапно Сэйнт встает, надевает джинсы, а затем рубашку и молча уходит от меня. На глаза наворачиваются слезы, но я молча собираю свою одежду. Вдруг, Бентли внезапно вернется. Я не буду плакать. Не позволю себе ничего чувствовать.
Через пару минут Сэйнт возвращается и видит, что я частично одета и угрюмо смотрю на елку, в моей голове прокручиваются воспоминания о том, что мы делали перед ней. Это действительно было лучшее Рождество за долгое время, и, хотя я уверена, что психолог с удовольствием разобрал бы этот момент на части — что мой самый счастливый праздник был с преступником, а не с семьей, — это не делает утверждение менее правдивым.
Он окидывает меня взглядом, хмурится, а затем подходит ближе, одной рукой подхватывает меня под ноги, другой за спину, поднимает и выносит из гостиной. Сэйнт бесшумно и стремительно несет меня вверх по лестнице, но вместо того, чтобы пойти в мою спальню, останавливается у первой двери в коридоре — ванной. Свет уже включен, а ванна наполнена пенной водой.
Он приготовил для меня ванну.
Пока я подбираю слова, Сэйнт стягивает с меня оставшуюся одежду и опускает в ванну. Вода горячая, но не обжигает, я чувствую, как расслабляются мышцы, о существовании которых даже не подозревала. Моя голова откидывается на стену, а глаза пытаются не закрываться.
Сэйнт садится на край ванны и проводит пальцами от моей груди к шее. Он наклоняется и запечатлевает поцелуй на губах, а затем на моем лбу, вздыхает, прежде чем отстраниться. Его темные глаза напряжены.
— На этом все, не так ли?
Он кивает, поджимая губы.
— Не ожидал, что все так удачно сложится, но я ни о чем не жалею. В любом случае, ты скоро вернешься на учебу, а я не люблю долго торчать на одном месте.
Внезапно мне становится неловко из-за того, что я голая рядом с ним, хоть и благодарна за пену, которой он наполнил ванну, подтягиваю их к себе, прикрываясь от его взгляда.
Мужчина наблюдает, хмурясь, но не останавливая меня.
— Прости, что испортил тебе каникулы.
— Ты не испортил.
Его улыбка не достигает глаз, как будто он мне не верит.
— Ты все еще слишком наивна. Не корми следующего незнакомого мужчину, который попытается тебя ограбить.
Только тебя.
Он встает и направляется к двери.
— Прощай, моя сладкая девочка. Помни, что я сказал.
С этими словами он уходит.
Снова.
Через несколько минут я слышу, как закрывается входная дверь.
Интересно, что еще он украл из-под елки?
Теперь мне все равно.
Проходит несколько часов, прежде чем я наконец выбираюсь из ванны, вода уже остыла. Сейчас девять вечера и Бентли скоро вернется. Я вытираюсь и иду в свою комнату, надеваю первую попавшуюся пижаму, которую нахожу в чемодане, ложусь в постель, изо всех сил стараясь не смотреть в окно и не думать о том, где сейчас Сэйнт. Конечно, он отправился навстречу приключениям, подальше отсюда. В последнюю секунду я раздвигаю шторы, чтобы почувствовать себя ближе к нему.