Лицо Вебера заросло густой рыжеватой щетиной, от правого виска, пересекая лицо к левому углу рта, шла черная, вздутая полоса. Обмундирование советского офицера, в которое он был облачен, вплоть до кирзовых сапог, было покрыто грязью, масляными пятнами.
— Что с вами случилось, Вебер? — спросил Фалькенберг. — У вас такой вид, будто вы вышли из ада… При пересечении линии фронта русские истребители сбили ваш самолет?
— Вы почти угадали. Вынужденная посадка на деревья. Пилот, получив смертельные ранения, умер.
— Вам, считайте, чертовски повезло, — усмехнулся шеф.
— Это слишком заметно, штандартенфюрер, — с раздражением в голосе сказал Вебер. — Разрешите присесть? Двое суток пробирался к штабу группы. Без компаса, без карты. Скрывался даже от своих, словно загнанный со всех сторон волк… Моим объяснениям бы никто не поверил. Быстренько прислонили бы к стенке или запросто — в кустах автоматной очередью. — Последние слова Вебер произнес с ожесточением. — Недалеко от Юдино, километрах в пяти, из леса выехала легковая автомашина… Я кричал, стрелял в воздух из пистолета. Все напрасно. «Оппель-капитан» исчез за поворотом дороги.
— «Оппель-капитан»? — почему-то вздрогнув, переспросил Фалькенберг, внимательно посмотрев в уставшие глаза штурмбанфюрера. — С эмблемой на дверце с левой стороны кузова?
Вебер недоуменно, с досадой, не понимая сути вопроса, обиженно ответил:
— К сожалению, не заметил… Вечерняя темнота, будь она трижды проклята…
Фалькенберг облегченно вздохнул.
«Но все же, чья это машина? Кому принадлежит? И почему появилась в отдаленном от городка районе? Нужно обязательно выяснить, где точно была этим вечером Штальберг», — с непонятным беспокойством анализировал услышанное начальник контрразведки.
— Что нового удалось узнать о планах русских? Знает ли генерал Чавчавадзе о готовящемся ударе на участке его дивизии?
— Трудно сказать, штандартенфюрер, — задумчиво отозвался Вебер. — Генерал Чавчавадзе — проницательный человек. Разведка у него на высоте. Если он и не предугадывает всех событий, то во всяком случае… Перед моим уходом…
— Вы хотите сказать — перед вашим бегством, — язвительно заметил Фалькенберг, который вдруг стал испытывать к Веберу чувство неприязни.
— Как вам угодно, — стряхнув с сигареты пепел, устало произнес Вебер. — Генерал Чавчавадзе укрепляет фланги своей дивизии. Стыки между стрелковыми полками усиливаются отдельным артиллерийским противотанковым дивизионом. Кроме того, дивизии придаются батальон средних танков Т-34, рота стомиллиметровых самоходок и кое-что другое. Доложу в письменной форме. Однако русское командование, я имею в виду штаб генерала Фалеева и выше, — уверенно констатировал Вебер, — не догадывается о существовании армейской группы «Метеор». Тем более о ее составе, резервах, планах и сроках контрнаступления.
— Но советская разведгруппа могла радировать своему штабу о результатах поиска. А сведений у нее о «Метеоре», как я полагаю, уже достаточно.
— Как?! Разве разведгруппа не уничтожена? — Вебер, пораженный этим известием, подскочил, словно ужаленный осой.
— Вы безнадежно отстали от реальной действительности, мой милый. К тому же в последнее время у вас появились опасные для живого дела симптомы безволия. Для разведчика вашего ранга — это конец. В том-то и суть, что, благодаря вашим «точным» данным, русские до сих пор продолжают действовать успешно.
Неожиданно для начальника контрразведки Вебер залился тихим сдавленным смехом.
— Вы с ума сошли? — побагровел Фалькенберг.
— Они беспомощны и слепы, как котята, штандартенфюрер. Перед уходом разведгруппы в наш тыл я установил в рации под платформой панели специальный заряд замедленного действия. Передатчик не мог работать больше нескольких минут. Я абсолютно уверен, что нормальный радиообмен не состоялся.
— Теперь понятно, почему русские разведчики стремились просочиться в Юдино. Они пытались найти средство для передачи командованию накопленных сведений о «Метеоре».
— Штандартенфюрер, русские на участке между населенными пунктами Васильевка и Светлый произвели минирование и устроили лесные завалы. Для создания мощного огневого прикрытия своих позиций на танкодоступных направлениях соединение Чавчавадзе в резерве имеет расчлененный по дивизионам полк гвардейских минометов — «катюш». Штаб полка и огневые позиции одного из дивизионов расположены в восьмистах метрах от переднего края. Точно установить не удалось, но в штабе дивизии распространились слухи, что армии Фалеева придаются бомбардировочная авиационная бригада и две эскадрильи штурмовиков. У меня все! — Вебер отошел от карты и, проходя мимо стола, без разрешения взял из коробки сигару.