– Это мне туда нужно, – сказал Артем. – Я деревянные церкви изучаю. Вот прочитал, что на острове есть одна старинная церковь пророка Моисея, хочу ее осмотреть и обмерить.
Дед Роман состроил на своем морщинистом лице недовольную гримасу, но промолчал. Однако перемена настроения их спутника заинтересовало друзей.
– А что с этим островом не так? – спросила старика Маша.
– Все с ним нормально, – ответил дед.
– Мне показалось, что Вы недовольны тем, что мы собираемся именно туда.
– Не люблю я это место, – сквозь зубы ответил дед Роман.
– А по какой причине?
– Святоши там живут, сильно правильные во всем, – старик вздохнул и продолжил. – Я в нашей деревне всю жизнь передовиком был: комсомольцем сначала, потом в партию вступил, награждали меня много. Ни в Бога, ни в черта не верил никогда, как нам раньше говорили, что все это опиум для народа, религия эта вся. Ну и позакрывали все церкви у нас по округе, монастырь вот тоже закрыли. Где клуб сделали, где зернохранилище, что-то вообще разобрали. А они там, на острове, как до революции жили, так и продолжали жить. Как будто в другой стране. И не трогал их никто, не знаю уж почему. Церковь у них эта самая работала, про которую ты говоришь. Мы как-то по молодости собрались с парнями, вроде порядок у них навести что ли. А председатель приехал, всех разогнал, сказал, что из района ему пригрозили: не трогать этих на острове. Ну а потом как советскую власть развалили, там уж вообще никому дела не стало. И монастырь вон опять открыли, теперь каждый во что хочет, в то и верит.
Дед Роман махнул рукой.
– В общем разное тут по округе про этот остров говорят. Кто говорит, что там одни святые живут, а кто – что наоборот безбожники. А мне как-то и не важно уже. Каждый теперь своим умом думает, развалили все, что можно, теперь уже все равно…
– Ладно, отец, мы там все равно надолго не задержимся, туда-сюда сплаваем и лодку тебе вернем, – сказал Олег. – Вот тебе оплата, вот мой паспорт. Только смотри, кредит на него не бери.
Олег улыбнулся, но дед Роман непонимающе посмотрел на него. Видимо эта традиционная московская шутка в здешней глуши была не актуальна.
– Ну вот и ваша лодка. С мотором управляться умеете?
– Умеем конечно, – заверил старика Олег. – И не на таких ходили! Судно у тебя что надо!
Однако Олег покривил душой. Лодка деда Романа, привязанная в зарослях камыша и рогоза к невысокому мостку, оставляла желать много лучшего: она была очень старой, доски корпуса давно рассохлись, на дне стояла вода, кожух мотора покрывала ржавчина. В общем, плавательное средство не внушало доверия, однако искать другие варианты друзьям уже не хотелось. Олег первым запрыгнул в лодку и завел мотор, Артем помог забраться Маше, дед Роман отвязал веревку от вбитого в дно столбика, и, не дожидаясь отплытия, заковылял к своей избе.
Олег устроился на корме, Артем и Маша расположились на лавке посередине лодки. Ребята в очередной раз порадовались, что взяли с собой резиновые сапоги. Через несколько секунд лодка уже скользила по Ярозеру в направлении Большого острова. Старенький мотор громко тарахтел, от встречного ветра на глаза наворачивались слезы. Маша быстро замерзла и поплотнее прижалась к Артему. Олег уверенно управлял лодкой, несмотря на то, что как только они отдалились от берега, ее начало заметно подбрасывать на волнах.
С воды открывался живописный вид на стоящий на длинном мысу Свято-Троицкий монастырь и на раскинувшуюся на пригорке деревню. За деревней темной стеной вздымался лес. До Большого острова было не больше полутора километров пути, его берег хорошо просматривалась. Но как Артем не напрягал зрение, он не мог различить на нем никаких признаков присутствия людей: видимо деревня располагалась либо на другой стороне острова, либо, что было менее вероятно, в его глубине. Порывы ветра раскачивали высокие сосны, росшие на острове, а серые тучи, бегущие низко над водой, напоминали о приближении осени.
Глава VI
Алешка Петров привычным движением пригладил непослушный русый чубчик и спустился с крыльца избы наставника Еремея. С озера дул сильный ветер, он глухо шумел в вершинах деревьев. Настроение у Алешки было не самым радужным – наставник Еремей только что побранил его за вчерашнюю шалость, однако сам Алешка никакого раскаянья не чувствовал: ну что может быть плохого в том, что он рано утром подпер рогатинами все двери в доме Сергея Митрофанова и тому пришлось выбираться из дома через окно? На взгляд Алешки это было всего лишь невинной забавой, однако наставник Еремей, известный своей строгостью, думал иначе.