Охранник взял под руку бесстрастного Юру и вывел из кабинета генерального директора, пытаясь вдыхать через раз. Пока я объяснял управленцам кто это и зачем, пока мы обсудили самое насущное и выпили по чашке крепкого кофе, Юру успели привести в «божеский вид» и вернуть в прежнее кресло. Теперь он в костюме песочного цвета от Бриони и ботинках цвета «скотч» от Балдинини, с огромной гаванской сигарой в руке и хвостом на затылке – стал вообще недоступен и загадочен. Он как-то сумел развалиться в строгом деловом кресле, обуял себя коконом дыма и только ироничный взгляд с прищуром так и ползал от лица к лицу.
Во время обсуждения новых проектов, Юра ожил и бросал из-за своей дымовой завесы: «Чушь, это прогорит через пару месяцев», «Не смешите, это финансовая трясина», «А вот это дело стоящее, процентов четыреста прибыли со второго месяца – гарантия», «А еще неплохо уйти из нефти и вложиться в экспорт воды – за этим будущее». Когда очередной докладчик пытался возмутиться обрушению своей «просчитанной» инновации, Юра только махал рукой и отсылал к исследованиям никому не известных аналитиков, небрежно чиркая на листе бумаги ссылку на страницу книги или адрес сайта. Лист по гладкой поверхности стола улетал в сторону оппонента и всякий раз вызывал у того состояние близкое к шоку. «Волчата» расселись по указанному ранжиру и, угодливо склонив мордочки, во все глазенки взирали на небрежного, но несомненного вожака стаи.
– Как это вам удается? – спросил Никита, распустив молчаливых сотрудников по кабинетам.
– Сам не знаю, – пожал плечами Юра. – Я будто взбираюсь на высокую гору, откуда мне все видно.
– А откуда берешь столь важную информацию? – поинтересовался я, зная образ жизни своего протеже.
– С младых ногтей привык пожирать огромные массивы информации. И давно бы свихнулся, если бы не научился анализировать, сортировать, избавляясь от балласта. А сейчас к тому же подключился к интернету…
– А что помогает выбрать нужное и ценное?
– А вот это, Андрюш, тайна! Думаю, Господь мне в том помогает.
– Так вы будете работать с нами? – сумел-таки вернуть разговор в нужное русло генеральный.
– Ну так, факультативно, – прошептал Юра. – А вообще-то мне это малоинтересно. Нынешний бизнес – такая ерунда… Нет, знаете ли, полета. Это ползание по земле.
– Но если мы вас очень попросим… – Никита умоляюще посмотрел на меня, в поиске поддержки.
– Юрка, ты кончай выделываться, – одернул я гения. – Тут реальное дело, связанное с трудоустройством сотен и даже тысяч людей. Тут и восстановление провинциальных монастырей и храмов, тут и содержание детских приютов и домов престарелых. Дело-то благое!
– Ладно, ладно, давайте не будем меня арифметике учить, – проворчал Юра, пряча глаза. – Обращайтесь. Помогу, конечно. Куда ж я денусь.
У самого выхода Юра, будто очнувшись, прожег меня взором и строго сказал:
– Да, ты того, гм-гм… В общем, вели мою лягушачью шкурку-то вернуть. Пусть будет.
– Нет, это по меньшей мере не гигиенично. Твое барахло уже давно сожгли. Давай, мы с тобой сходим в секонд-хенд и там купим всё, как тебе нравится: рваные джинсы, военные ботинки, свитера с заплатами, выцветшие драные футболки с пятнами от текилы, фланелевые рубашки хаки, английское пальто с блошиного рынка Кэмден с рукавом, прожженным сигарой. Как тебе?..
– Еще бы одеколон «Шипр» и блок «Беломора» ленинградского.
– Для вас, мой теплый друг, все что угодно!
– Ну, тогда еще ничего, – проворчал гениальный бомж, ехидно улыбаясь. – Это можно.
– Ну, а теперь, – торжественно произнес Никита, – нам с тобой, Андрей, ничего не мешает съездить, наконец, в мой охотничий домик. А то у нас всё не получается…
– Давай, только ненадолго, – согласился я.
На выходе из офиса перед нами вырос охранник и вежливо, но непреклонно велел нам с Никитой подняться к начальству.