— Я ни на минуту не забываю о коварстве Коха, — ответил комбриг.
— Появление партизан в детском доме означало бы, что здесь существует прямая связь с партизанами, — продолжал Глазов. — А Коровкино, как вам известно, находится всего лишь в нескольких километрах от Верино. Огонь артиллерии сметет детдом с лица земли в какие-нибудь минуты…
— Что же, поход отменяется? — спросил комбриг и покачал головой. — Нет. Из-за сложности обстановки поход в детдом отменять не будем… Благоприятной обстановки в наших условиях не дождешься. Надо тщательным образом обдумать другое: как проникнуть в детдом.
— У вас уже есть план? — поинтересовался Глазов.
— Мне кажется, что проникнуть в детский дом и провести там разведку можно двумя путями, — ответил комбриг. — Первый путь назовем условно «официальным». Это открытое появление в детском доме партизан. Мы приходим в детдом и заявляем, кто мы такие. Второй путь — «скрытый». Незаметное проникновение в детский дом под видом кого угодно, хотя бы тех же гитлеровцев…
— Я за второй путь! — решил Глазов. — Эта тактика ближе нам и менее чревата последствиями. Мы должны помочь детям и никоим образом не навлечь мести оккупантов. Надо войти в детский дом никем не замеченными, выяснить обстановку и незамеченными уйти…
Комбриг улыбнулся.
— Но мы же не какие-нибудь волшебные люди-невидимки! Проникнуть в детский дом группе партизан можно, но остаться незамеченными — это фантазия… Да не нужно и пытаться стать такими невидимками. Мы ведь рассчитываем повидаться и побеседовать с некоторыми товарищами из детского дома… Если не сразу, то все равно слухи о посещении нами детского дома дойдут до врага…
— Кстати, где сейчас Павел Тишков?
— Отдыхает… Он прошел большой путь…
— Сташенко в последний раз виделся с Павлом Тишковым, — сказал Глазов. — Такие ведь у нас сведения… А потом Сташенко замолчал. И вот приходит к нам Павел Тишков и заявляет, что Сташенко арестован…
— Во всяком случае, это не повод, чтобы его в чем-то подозревать. Я хотел бы, чтобы он пошел с нами…
— Вы тоже хотите идти?
— Да. Если вы не возражаете, я бы возглавил отряд, — предложил комбриг.
— Я не возражаю…
— Спасение детей — одна из первых наших боевых задач. Кроме того, мы выясним обстановку в Верино, узнаем подробности ареста Сташенко, Рыжеволовой и ребят из детдома. Постараемся их спасти…
Комбриг вызвал к себе начальника штаба Пшеничникова и помощника начальника штаба отряда Сушина.
Сушину было поручено подготовить пятнадцать человек в группу боевого прикрытия, Пшеничникову — спецгруппу из шести человек.
— Вот список, — сказал комбриг. — Задание трудное, необычное…
— Так точно! Идем в детский дом! — радостно откликнулся Пшеничников.
— Уже известно? Это плохо…
— Что же тут плохого-то, товарищ комбриг! Партизаны только и думают теперь о наших детишках… Вот и Павел Тишков все про них рассказывал… Да мы многих ребятишек этих уже так хорошо знаем, словно жили с ними рядом. Для спасения детей жизни не пожалеем…
— Значит, люди готовы?
— Готовы, товарищ комбриг!
— Возьмите десяток комплектов немецкого обмундирования. И позовите ко мне Павла Тишкова…
Когда пришел Павел, комбриг не стал его ни о чем расспрашивать, а лишь сказал:
— Сейчас вы отправитесь назад к Скоблеву. Передадите ему, что специальный отряд идет в район Верино. Вот карта нашего пути. Вы будете связным между мной и Скоблевым. Если позволит обстановка, Скоблев со своим отрядом должен присоединиться к нам в пути. — И, обращаясь к часовому, стоявшему у входа в землянку, комбриг приказал: — Позовите ко мне бойца Николаева…
Пришел Николаев, друг Сташенко, высокий и мрачноватый парень.
— Товарищ Николаев! Возьмете шефство над разведчиком Тишковым. Вместе пойдете к Скоблеву… Павел молодой, еще неопытный партизан. Ему нужна и помощь, и подсказка, и поддержка…
— Не пропадет, — сказал Николаев и, подойдя к Павлу, дружески обнял его за плечи. Затем четко доложил: — Будет выполнено, товарищ комбриг…
Комбриг отдал приказ, чтобы партизаны, идущие в поход, отдыхали. Выход был назначен на три часа ночи.
Комбриг, комиссар Глазов, командиры Пшеничников и Сушин собрались в землянке для отработки деталей плана похода.
Предстояло пройти длинный и тяжелый путь. Надо было форсировать несколько рек. Наметили встречи с разведчиками в различных населенных пунктах на протяжении всего маршрута. Такие встречи были необходимы для уточнения обстановки и решения о дальнейшем продвижении.