— Да, — ответил Вася Попов, — раб! А мы не рабы…
— Ах ты, очкарик! — заорал Бугайла. — На, получай…
И, размахнувшись, Бугайла ударил Васю по лицу, разбив очки.
Затем он для порядка крепко избил и остальных ребят. Но Бугайла понял, что сообща они держатся стойко, их ничем не проймешь. Так и доложил Коху.
Ребят развели по разным камерам. Морили голодом. И снова ходил к каждому из них Бугайла…
Прийдя как-то к Володе Маленькому, он заговорил:
— Ну, ты один остался!.. Товарищи твои согласились нам помогать… Вот их подписи…
Бугайла протянул ему лист бумаги, где на машинке был отпечатан текст о том, что Вася Попов согласен помогать гестапо в розыске подрывных элементов. Под текстом стояла и подпись. Володя никогда не видел, как расписывается Вася Попов. Может быть, и так… Может, это даже его подпись, но Вася никогда и ни за что не станет помогать врагу! Его могли насильно заставить подписаться под этим листком…
— Точно такой же лист и другой твой дружок подписал, — продолжал Бугайла. — Все они нам рассказали! И как вы эвакуироваться хотели. И как директора детдома послали партизан шукать… И как вернулись у дом. И как пионерскую линейку в доме устроили… И как получали помощь продовольствием от партизан…
Бугайла посмотрел на Володю: произвело ли все сказанное впечатление?
Нет! Володя был уверен, что это хитрый и коварный прием врага.
— Если вы все уже знаете, что вам от меня нужно?
— А вообще-то ничего не нужно, — наигранно равнодушным тоном произнес Бугайла. — Что мне от тебя нужно? Ничего… Твои дружки-приятели уже на воле гуляют. Небось, и колбасу кушают… А?.. Знаешь, в комендатурском буфете какая колбаса?!
Володя проглотил слюни.
Бугайла достал из кармана газетный сверток, стал его медленно разворачивать. В камере запахло чесночной колбасой.
Володя, голодавший уже несколько дней, от этого резкого запаха вдруг потерял сознание.
Бугайла сходил в коридор за ведром воды и окатил Володю.
Володя пришел в себя и молча смотрел, стуча от холода зубами, как Бугайла ест сочную колбасу…
— Что от тебя надо? — продолжал Бугайло. — Ничего… Подохнешь и так… Одной пулей больше останется в автомате, одна веревка о шею не изгадится…
У Володи посинели губы. Он был весь мокрый. Но странно, холода уже не ощущал. Он был, как в полусне. Его вдруг начала мучить мысль: оставит Бугайла ему кусочек колбасы или нет?.. Ну, хоть малюсенький кусочек!.. Чуть-чуть…
Володя не сводил взгляда с колбасы. А Бугайла ел и приговаривал:
— Никому ты теперь не нужен. Так они решили, что подохнешь ты голодной смертью… Да. Только я за тебя слово и молвил… Вот и сказали: если напишет, кто был с партизанами связан, кого из партизан знает, подтвердит донесения нашей разведки и то, что его друзья-товарищи сказали, отпустим его на волю…
Тут-то у Володи и мелькнула мысль: «Ничего вы не знаете! Опять хотите меня «на пушку» взять, обмануть, обхитрить! Нет, ничего вы не знаете, и никто вам ничего не расскажет…»
— Ничего ты не знаешь, предатель! — крикнул Володя. — Все ты врешь, врешь, врешь!..
И тут Володя увидел, что последний кусок колбасы исчез в заросшем колючей щетиной рту Бугайлы.
И Володя стал смеяться; он так смеялся, что Бугайла поспешил выбежать из камеры.
— Лучше прикажите их расстрелять! — докладывал он в тот же день Коху. — Сил нету разговаривать с этими сволочатами…
— Стыдись! — закричал на него Кох. — Сил у него лету!.. А пьянствовать — силы есть?! То-то… Рано или поздно ты их все равно расстреляешь… А сейчас пытайся дознаться… Ну, прикинься, что жалеешь, мол, что стал полицаем; к своим, мол, к партизанам, хотел бы попасть… Ух, ты такая бестолочь, что тебе все подсказывать надо…
В тот день Бугайла впервые серьезно задумался над тем, что будет, если, и правда, он придет с покаянием к партизанам. Даруют ли ему жизнь? Ведь он немало ценного знает… Но ненависть ко всему советскому заставила его перестать даже думать о возможности перехода к партизанам…
В камере, где находился Вася Попов, Бугайла вдруг опустился перед мальчиком на колени, и зашептал:
— Спаси меня, браточек! Я же полностью свой. Они, сволочи, под угрозой смерти меня служить себе заставляют… Ради нашего общего спасения скажи, где партизаны, как с ними связаться можно?.. Я бы к ним убег. И тебе, и твоим товарищам бежать бы помог… Вот истинная правда!..
— Я не знаю, где партизаны, — вздохнул Вася Попов. — Не знаю…
— Ужели тебе жить не хочется?.. Мы ведь много чего полезного можем партизанам принесть! А? Ну, говори, с кем связь держать надо…