Нужно признать, что к разбивке Флитвик подошёл толково: каждая пара состояла из условно сильного и условно слабого студентов. В число «сильных» на Гриффиндоре попали Грэйнджер, Патил, Браун, Лонгботтом… а вот мне пары не осталось. Если кто не знает, Гриффиндор в этом году имеет нечётный набор. Обычно это не принципиально, потому что я предпочитаю работать в одиночку, но не в этот раз. Ибо и на Слизерине в этом году набор тоже нечётный.
— Поттер, я прошу вас сегодня помочь мисс Булстроуд, — сказал Флитвик после того, как распределил остальные пары.
Необычная инициатива вызвала кратковременную оторопь в классе. Хорошо, что моё «назначение» состоялось в конце, так что от «родного» факультета я получил в основном удивлённо-растерянные, а не ненавистные взгляды. Одиночно-рыжее «слизнеед!», брошенное мне в спину по пути на слизеринскую половину — не в счёт.
Почему я пошёл к слизеринцам? Ну не девчонке же вставать и ко мне идти, верно?
— «Привет, Булстроуд», — высветил я после того, как неприязненный интерес утих и все занялись делом. — «Тебе как, и вправду помогать, или ты просто выделяться не хочешь?»
— От консультаций не откажусь, — слизеринка автоматически выбрала наименее обязывающую формулировку. — Сама пробовала, но пока не получилось.
— «Что у тебя за палочка, если не секрет?»
— Английский дуб, волос единорога.
— «Ага, Землица».
— Она, родная, — поддержала игру Булстроуд.
— «Тогда приступим не борзяся», — я поместил перед ней перо.
Месяц назад я не позволил бы себе такой фамильярности. Но наш «совместный бизнес» сгладил углы, так что я представлял себе границы того, что и когда можно допускать в общении с Булстроуд.
Миллисента начала работу, а я наблюдал за ней вторым зрением. Пока что результат был нулевым, но я собирал статистику.
На гриффиндорской стороне обильно полыхнуло пламенем. Переполох продлился недолго: я ещё до урока попросил Гермиону не садиться перед Невиллом, так что её волосы остались в безопасности.
— Не понимаю, как воздушная левитация может породить огненную струю? — тихо удивилась Булстроуд после того, как Флитвик заменил сожжённый реквизит.
— «У Лонгботтома перо феникса бузит», — просветил я слизеринку. — «Намекни своим, чтобы соблюдали осторожность на директрисе».
— Да как так-то? — опешила знающая девочка. — Он же гербалист, ему огонь противопоказан!
— «Это большой прогресс по сравнению с “чужим” ясенем, которым он махал до недавнего времени», — поморщился я. — «Его воспитывают директор и леди Августа, доверим дело профессионалам. И кстати, о птичках. Ты не в курсе, чьё это перо?»
Я показал на предмет, который мы должны были заставить воспарить в воздух.
— Знаешь, сама не могу понять.
— «И это плохо. Ты должна осознавать, что поднимаешь».
Покопавшись в сумке, я достал кусочек кожи дромарога. Положил вместо пера.
— Он же тяжелее!
— «Ненамного. Важно другое: для тебя он *знакомее* этого пера».
— Поясни.
— «Представь, что ты берёшь его в руку и поднимаешь. В невидимую, призрачную руку»…
— Проекция воли на поднимаемый предмет.
— «Именно. Ты должна чётко понимать, что держишь в руке. Состав, фактуру, ощущения»…
— Мне что, каждый раз так мучиться?
— «Нет, только до первого успешного раза. Это как езда на велосипеде. Знаешь, что такое велосипед?»
— Видела пару раз. До сих пор не понимаю, как без магии удерживаются на двух колёсах.
— «В этом всё и дело. Сначала ты падаешь, и никакого прогресса не видно. Потом внезапно получается — причём сразу всё. И после этого разучиться уже невозможно, хоть на полжизни его забрось».
— Хм… Не помню я такого в наших пособиях. Я про «призрачную руку».
— «Мне помогло в своё время».
— Ладно, если ты так говоришь — попробую.
Булстроуд взяла кусочек кожи в руки, ощупала, осмотрела, положила на место. Подняла палочку и продолжила попытки. Внешне у неё всё равно ничего не получалось, но я видел: прогресс есть. Ей мешало ещё что-то…
— Без толку. Это не работает, Поттер.
— «Миллисента», — сказал я задумчиво. — «А ведь ты левша».
— Переученная.
— «Зачем?!»
— Семейные артефакты, Поттер. У нас их много, довольно специфичных. И все — на правую руку.
— «Переделать сложно, что ли?»
— Думаешь, я одна в семье? А моим детям потом что, обратно переделывать?
— «Н-да, глупый вопрос. Сочувствую».
— Я привыкла.
— «Но колдовать тебе сейчас нужно левой рукой».
— Мне нужно научиться правой!
— «Только первый раз, Миллисента. Если ты научилась ездить на велосипеде, уже неважно, с какой стороны ты садишься и какую педаль давишь первой».