* * *
Матч «Гриффиндор-Хаффлпафф» прошёл в конце января. И судил его, внезапно, Снейп.
А Снейп был очень зол на меня. Он, как и все преподаватели, узнал после каникул, что я могу разговаривать. МакГонагалл была в курсе ещё в декабре — Пивз меня просветил — так что таиться бессмысленно.
Но какая-то нехорошая душа пустила слух, что я и не немел вовсе, а талантливо водил всех за нос целый семестр. И Снейп почему-то обиделся. Очень. Репрессии на уроках возросли, а разнообразие поводов для придирок — вышло на качественно новый уровень. Меня спасало то, что Зельеварение у нас — всего раз в неделю, а недель пока что было не очень много.
Но когда стал известен арбитр будущей игры, пришло общее понимание: основной арсенал Снейп любовно прикопил на долгий, очень долгий матч. На котором он будет царём и богом, управляющим и временем, и физическими законами, и философскими категориями.
— Поттер, — сказал Вуд в раздевалке перед игрой. — Не хочу на тебя давить, но нам нужно, чтобы ты поймал снитч как можно раньше.
Назовите мне хоть один матч в долбаном квиддиче, на котором этого не было бы нужно. Но мне безразличны проблемы двуногих: эту игру я приговорил к правдоподобному, но обязательному сливу. Отдавай противнику каждую вторую победу — дольше проживёшь.
Матч завершился на четвёртой минуте со счётом 150:0 в пользу Гриффиндора. И было это так.
— Я ожидаю от вас честной игры, недоноски, — произнёс зельевар, где-то успевший перехватить пару лимонов перед игрой. — Поттер, вы неправильно держите метлу.
Я равнодушно передвинул хват на полдюйма. Вопреки мелочности дежурной подколки, взгляд Снейпа приглашал меня совместно насладиться последней минутой моей спокойной жизни.
— На позиции!
Я сел на метлу и начал подъём, привычным жестом обрывая у снитча приёмный контур внешнего управления. В кои-то веки Дамблдор изыскал время и притащил свою бороду на преподавательские трибуны. Театральные неожиданности нам не нужны.
Прозвучал стартовый свисток, я привычно поднялся на полсотни метров. Ловец барсуков Седрик Диггори сделал вид, что у Гриффиндора вообще нет ловца, развернулся презрительной кормой и приступил к методичному прочёсыванию поля. Я вздохнул, страдая от невозможности погрызть печеньку — Роланда Хуч сидела на трибунах отнюдь не с книжкой в руках.
Мне определённо не везёт на объективных арбитров в этом году. Астрологи объявили, не иначе.
Планы мирно подремать на январском ветерке поломал Седрик, уже через три минуты обнаруживший злополучный снитч в верхнем эшелоне. Следует признать, что с оборванным внешним управлением игра получается какая-то *очень* другая. Мысленно выругавшись — только что ведь умостился поудобнее — я бросился за вражеским ловцом. Имитировать выполнение обязанностей нужно правдоподобно.
Подпустив Седрика поближе, коварный мячик порскнул вниз. Седрик предсказуемо ломанулся за ним. Наперерез Седрику бросился Фред, не нашедший в окрестностях доступного бладжера и решивший разыграть уловку «я просто мимо пролетал». За этими двумя конями без энтузиазма устремился и я. Все трое летели к земле.
На беду потехе, именно у земли и обосновался Снейп, наивно понадеявшийся, что уж там-то ему будет безопаснее всего. Сказывается отсутствие опыта и тот факт, что в подземельях у него верхнюю полусферу всегда прикрывает капитальная крыша.
Заметив несущуюся на него пару снарядов, откормленных на деревенских харчах щедрого южного Девоншира, Снейп непозволительно тормозил целых полсекунды, а потому освобождать этим бабуинам траекторию движения к своей судьбе был вынужден резко и второпях.
К сожалению, за его спиной находился один известный шкет в очках с нулевыми диоптриями. Стараясь как-то выиграть тормозной путь локомотива в чёрном, я отгородился вытянутой рукой, и…
Именно этот судьбоносный момент и выбрал гнусный снитч, попытавшись проскочить «на жёлтый» между спиной зельевара и граблями лоховатого ловца.
Не проскочил.
Оглушительно заорал колокол. Фред с Седриком повалились на землю. Я с трудом подавил рефлекторное желание избавиться от улики, втихаря выкинув её подальше. К сожалению, современный снитч фиксирует магический отпечаток игрока, коснувшегося его первым — во избежание спорных коллизий. А пока арбитр не сбросит этот флажок, снитч не будет пытаться никуда улететь.
Сто пятьдесят — ноль, дамы и господа. Расходимся.
Можете себе представить разочарование Снейпа, у которого сгорело в унитазе несколько часов уникальных домашних заготовок?