В медблоке Ребекка Стоун проверяла запасы лекарств и работу диагностических систем. Белые стены, стерильный запах, тихое жужжание оборудования — знакомая атмосфера.
Она включила сканер и прогнала тест. Все работало. Открыла шкафы — медикаменты на месте, сроки годности в порядке. Анестетики, антибиотики, стимуляторы, успокоительные. На все случаи жизни.
Или смерти.
— Ребекка, — послышался голос Сидни, — хотите услышать забавный факт?
— Какой?
— За время анабиоза каждый член экипажа потерял примерно два килограмма мышечной массы. Это нормально, но требуется восстановительная терапия.
— Сколько времени на восстановление?
— Для полного восстановления — три недели регулярных тренировок.
Ребекка кивнула. Она уже чувствовала слабость в ногах. Анабиоз не проходит бесследно.
Она открыла еще один шкаф — психотропные препараты. Пусть они никогда не понадобятся. Но в замкнутом пространстве, среди звезд, люди иногда ломаются.
На кухне Ли Вэй разбирался с продовольственными запасами. Консервы, сублимированные продукты, витаминные комплексы. Еды пока хватит, хотя она и однообразная.
— Ну что, Сидни, — сказал он, открывая очередной контейнер с консервами, — ты помнишь, как готовить что-то вкусное из этого?
— В базе данных содержится две тысячи триста рецептов, оптимизированных для космических условий, — ответил ИИ.
— А что-то такое, чтобы люди не вешались от скуки?
— Для этого есть Ребекка Стоун.
Ли Вэй рассмеялся:
— Ты циничная, Сидни.
— Я реалист.
Повар прошел к морозильным камерам в дальнем отсеке кухни — массивные блоки, способные поддерживать стабильную температуру годами. Внутри — замороженные продукты, мясо, овощи, даже немного специй. А в соседнем отсеке уже зеленели первые всходы в гидропонных установках — свежие овощи и травы, которые станут настоящим праздником после анабиоза.
— Ладно, — пробормотал он. — Попробую сделать что-нибудь особенное.
В научном отсеке Дэн проверял телескопы, анализаторы, системы поиска сигналов. Здесь была сосредоточена вся мощь экспедиции — оборудование, которое должно найти следы чужой цивилизации.
Главный телескоп был огромным. Его зеркало собирало свет далеких звезд, а компьютеры анализировали каждый фотон. Рядом — радиотелескопы, улавливающие сигналы из космоса.
— Сидни, статус всех систем поиска.
— Телескопы откалиброваны и готовы к работе. Радиоприемники настроены на стандартные частоты. Базы данных обновлены.
— Уже есть что-то интересное?
— Пока стандартный космический шум. Но мы только начали.
Дэн посмотрел на экраны. Графики, диаграммы, спектры — язык науки. Где-то в этих данных могут скрываться следы других миров.
А может, и нет.
— Даниэль, — сказал он сам себе, — самое время быть терпеливым.
На мостике Кэм Брукс проверяла навигацию. Звездные карты, координаты, курс — все должно быть точным. В космосе ошибка в расчетах означает потерю в пустоте.
— Сидни, текущие координаты.
— Сектор семь-семь-альфа, расстояние от Земли — двадцать один световой год. Направляемся к системе Kepler-442.
— Сколько лететь?
— До системы Kepler-442 — три недели.
Кэм кивнула. Это была их первая цель. Планета в зоне обитания, где могла существовать вода. А где вода — там, возможно, жизнь.
— А что мы знаем об этой системе?
— Звезда типа К, немного холоднее Солнца. Планета Kepler-442b в зоне обитания. Есть вероятность наличия атмосферы и воды.
— Вероятность жизни?
— Статистически — около двенадцати процентов.
Кэм усмехнулась. Не очень много, но лучше, чем ничего.
Экипаж собрался в кают-компании через три часа. Это была центральная комната корабля — небольшая, но уютная. Круглый стол, мягкие кресла, иллюминатор с видом на звезды.
Ли Вэй поставил на стол тарелки с чем-то, что пахло удивительно аппетитно.
— Что это? — спросила Ребекка.
— Курица в китайском стиле. Из консервов, но с душой.
— Пахнет как в ресторане, — сказал Итан.
— Секрет в специях, — усмехнулся повар. — И в том, что после анабиоза все кажется вкуснее.
Они поели в тишине. Первый настоящий прием пищи после пробуждения — почти ритуал.
— Итак, — сказал наконец Хейл, — отчеты.
— Машинное отделение в порядке, — доложил Сэм. — Один мелкий дефект, но не критичный. Лететь можем.
— Медблок готов, — добавила Ребекка. — Всем нужны тренировки для восстановления после анабиоза.
— Кухня работает, — сказал Ли Вэй. — Есть будем хорошо.