— Навигация в норме, — отчиталась Кэм. — Курс правильный, время до цели — три недели.
— Научное оборудование проверено, — сказал Дэн. — Можем начинать поиски.
Хейл кивнул:
— Хорошо. Значит, мы готовы к работе.
— А в чем именно заключается работа? — спросил Итан.
— В поиске ответа на главный вопрос, — ответил капитан. — Есть ли кто-то еще во вселенной.
— А если есть? — продолжил стажер.
— Тогда все изменится, — сказала Кэм.
— А если нет?
— Тогда тоже все изменится, — добавил Дэн.
Повисла пауза. Каждый думал о своем.
— Знаете, — сказал Ли Вэй, — когда я был мальчишкой, я смотрел на звезды и думал: там, наверное, живет кто-то, кто тоже смотрит на наше Солнце.
— Красивая мысль, — согласилась Ребекка.
— А я думал наоборот, — сказал Сэм. — Что мы одни. И что это делает нас особенными.
— Почему особенными? — спросил Итан.
— Потому что тогда мы — единственные во вселенной, кто может задавать эти вопросы.
— Философы, — буркнула Кэм. — А я думаю проще: лучше знать правду, какой бы она ни была.
— Но правда может оказаться сложнее, чем мы думаем, — заметил Дэн.
— То есть? — уточнил Хейл.
— А то есть, что разум может быть не таким, как мы представляем. Может быть, мы ищем не там и не то.
— Это как? — не понял Итан.
— Ну, например, — Дэн поправил очки, — мы ищем радиосигналы. Но что если их цивилизация общается не радиоволнами, а чем-то еще? Или что если они настолько развиты, что наши методы поиска для них — как попытка найти самолет при помощи подзорной трубы?
— Мрачная мысль, — сказала Кэм.
— Но реалистичная, — добавил Сэм.
— А может быть, — сказала Ребекка тихо, — они уже нашли нас. И наблюдают.
Все посмотрели на нее.
— В смысле?
— В смысле, что высокоразвитая цивилизация могла бы следить за нашим развитием, не вмешиваясь. Как мы наблюдаем за животными в заповедниках.
— Тогда получается, мы — зоопарк? — спросил Итан.
— Или заповедник, — поправила она.
— Весело, — пробормотал Ли Вэй.
— Но это все гипотезы, — сказал Хейл. — А мы занимаемся фактами. Наша задача — искать сигналы, анализировать данные, исследовать планеты. Что найдем, то найдем.
— А что если не найдем ничего? — спросил Итан.
— Тогда мы узнаем, что в радиусе ста световых лет от Земли нет активных цивилизаций, — ответил Дэн. — И это тоже очень важная информация.
— Знание о том, что мы одни, изменило бы все, — добавила Кэм. — Философию, религию, политику.
— А знание о том, что мы не одни, — сказал Хейл, — изменило бы все еще больше.
Сидни подала голос:
— Позвольте напомнить статистику. В нашей галактике примерно четыреста миллиардов звезд. У многих есть планеты. Даже если жизнь — редкое явление, цифры говорят, что мы не должны быть одни.
— А где же они все? — спросил Итан.
— Это, — сказал Дэн, — называется парадоксом Ферми. Если жизнь должна быть распространена, почему мы никого не встречали?
— Может быть, — предположила Ребекка, — потому что цивилизации живут недолго. Развиваются, достигают пика и исчезают.
— Или потому что космос слишком велик, — добавил Сэм. — Даже сигнал со скоростью света идет годами.
— А может, мы ищем не там, — повторил Дэн.
— Или не так, — сказал Хейл. — Но у нас есть только те методы, которые есть.
Разговор мог продолжаться бесконечно. Каждый в экипаже имел свое мнение о жизни во вселенной, о шансах встречи с другими цивилизациями, о том, что это могло бы означать.
— Ладно, — сказал наконец капитан. — Философией займемся потом. А сейчас — планируем первые наблюдения.
— С чего начнем? — спросила Кэм.
— С системы, к которой летим. Kepler-442. Дэн, что можешь сказать о ней подробнее?
Дэн достал планшет:
— Звезда Kepler-442 — оранжевый карлик, чуть меньше и холоднее Солнца. Планета Kepler-442b находится в зоне обитания, период обращения — сто тридцать дней. Масса — примерно в два раза больше Земли.
— Есть атмосфера?
— Неизвестно. Наши телескопы с такого расстояния ее не различат. Только когда подлетим ближе.
— А сигналы?
— Тоже неизвестно. Будем сканировать по мере приближения.
— Хорошо. Начнем со стандартного поиска радиосигналов. Сидни, какие частоты приоритетные?
— Классические частоты водорода, гидроксила, области спокойного радиоокна. Плюс попробуем математические последовательности — простые числа, константы.
— Начинайте завтра, — сказал Хейл.
Экипаж начал расходиться. Первый день после пробуждения подходил к концу.