Они прошли по узкому коридору к научному отсеку. «Шепот» был малым крейсером — четыреста пятьдесят метров длиной, с корпусом, больше похожим на плавучую станцию, чем на боевой корабль. Но при всей своей массивности он обслуживался всего восьмью людьми: остальное делали системы автоматизации. Жилые модули, лаборатории, инженерный отсек, гидропонные сады. Все соединялось сетью коридоров, по которым можно было добраться в любую точку корабля за пару минут.
Дэн действительно мурлыкал. Стоял перед голографическим дисплеем, на котором медленно вращалась трехмерная модель звездной системы Kepler-442, и негромко напевал какую-то мелодию. Заметив их, поднял голову и улыбнулся.
— А, как раз вовремя. Хотите увидеть нашу цель поближе?
— Что-то новое? — Кэм подошла к дисплею, разглядывая светящиеся точки планет.
— Не совсем новое, но интересное. — Дэн манипулировал голограммой, приближая одну из планет. — Kepler-442b. Суперземля, в полтора раза больше нашей планеты, находится в зоне обитаемости. Период обращения — сто двенадцать земных дней. Но самое интересное…
Он сделал паузу, явно наслаждаясь вниманием.
— Самое интересное? — подтолкнул его Ли Вэй.
— Спектральный анализ атмосферы показывает аномалии. Не те соотношения газов, которые мы ожидали бы увидеть на безжизненной планете. Слишком много кислорода, странное распределение метана. И еще… — Дэн повернулся к ним. — Радиотелескопы фиксируют слабые, но регулярные сигналы из этой системы. Возможно, естественного происхождения, но…
— Но ты не веришь, что они естественные, — закончил за него голос капитана. Хейл появился в дверном проеме, неслышно подойдя по коридору. Ли Вэй всегда удивлялся этой способности капитана — появляться именно тогда, когда происходило что-то важное.
— Честно говоря, не знаю, что и думать, — признался Дэн. — Сигналы слишком регулярные для природных процессов, но слишком простые для разумной цивилизации. Если бы я не знал, что мы находимся в ста двенадцати световых годах от Земли, подумал бы, что это помехи от наших собственных систем.
Хейл кивнул и прошел к центральному пульту лаборатории. Его движения были размеренными, но Ли Вэй заметил, как слегка напряглись плечи под курткой. Капитан тоже чувствовал важность момента.
— Сидни, — обратился Хейл к корабельному ИИ, — твое мнение?
— Мнение — слишком человеческое слово для искусственного интеллекта, — раздался из динамиков знакомый голос. — Но если вы имеете в виду анализ вероятностей, то шанс естественного происхождения сигналов составляет приблизительно семнадцать процентов. Остальные восемьдесят три процента…
— Остальные восемьдесят три процента заставляют задуматься, — закончил Ли Вэй. — Интересно, на что мы наткнулись.
— Или что наткнулось на нас, — тихо добавила Кэм.
В лаборатории повисла тишина. Ли Вэй посмотрел на лица товарищей и увидел то же самое выражение, которое, вероятно, было и на его собственном лице. Смесь возбуждения, тревоги и чего-то еще — того самого чувства, которое испытывает человек, стоя на краю неизвестности.
— Завтрак готов? — спросил Хейл, нарушая тишину. — Думаю, такие новости лучше обсудить за едой.
Завтрак в камбузе «Шепота» был священным ритуалом. Не потому, что еда была особенно хороша — хотя Ли Вэй действительно умел творить чудеса с ограниченным набором ингредиентов. А потому, что это было единственное время дня, когда весь экипаж собирался вместе не по долгу службы, а просто как люди.
Длинный стол в центре камбуза мог вместить всех восьмерых, хотя технически экипаж состоял только из семи человек. Восьмой была Сидни, но она довольствовалась динамиками, встроенными в стены.
— Итак, — начал Хейл, разрезая омлет из искусственных яиц, — что мы имеем?
Дэн отложил вилку и достал планшет. Привычка ученого — всегда иметь под рукой данные.
— Пятнадцать отдельных сигналов за последние двадцать четыре часа. Все из одного источника, предположительно с поверхности Kepler-442b. Каждый сигнал длится ровно сорок семь секунд, интервал между сигналами — двадцать три минуты. Никаких отклонений.
— Слишком точно для природы, — заметила Ребекка, медленно перемешивая кашу. — Природа любит хаос. Небольшие отклонения, случайности…
— А может, наоборот? — Итан, самый молодой член экипажа, поднял голову от тарелки. — Подождите, а разве природа не может быть точной? Пульсары тоже дают регулярные сигналы.
— Пульсары — это другое, — пояснил Дэн. — Там физика понятна. Нейтронная звезда вращается, излучает направленный пучок радиоволн. Но здесь…