Дэвид откинулся на спинку стула, снова став собранным стратегом.
— Хорошо. Значит, договорились. Но это не просто подпись в загсе. Это операция. И действовать нужно четко.
Он говорил тихо, но каждое слово было выверено:
— Первое. Никаких лишних разговоров. Ни с кем. Даже с Мирой — только в самом общем виде, когда будет нужно. Чем меньше людей знает истинные мотивы, тем лучше.
— Второе. Документы. Я займусь подготовкой. Брачный контракт, который защитит твои интересы и интересы Шона. Все будет чисто и прозрачно. Это будет… деловое соглашение.
Он сделал паузу, давая ей понять, что не претендует на ее свободу или будущее наследство.
— Третье. Срок. Мы заключаем брак на год. С возможностью тихого, без скандала, расторжения по истечении срока, если… если ситуация изменится, или ты захочешь иначе. Это твой выходной люк.
Лора кивнула, чувствуя, как тяжесть решения немного сменяется облегчением от четкого плана. Он все продумал. Даже ее отступление.
— Четвертое, и самое важное, — его голос стал жестче. — Информационная кампания. Мы не станем афишировать, но мы и не скроем. Когда документы будут готовы, я сообщу отцу. Это будет удар для него, но лучше от меня, чем из сплетен. Затем, в нужный момент, новость станет известна в компании. Не через официальный мейл, а… через утекшую информацию. Чтобы это выглядело как наш личный выбор, о котором мы не хотели кричать.
Он смотрел на нее, проверяя, понимает ли она весь масштаб.
— Это обезоружит их, Лора. Анжела не сможет атаковать «сотрудницу». Она будет вынуждена иметь дело с «женой Картера». Отец Вандербильт, как бы он ни был зол, не станет открыто нападать на семью партнера. Это нарушит все их планы.
— А твой отец? — тихо спросила Лора. — Он… он примет это?
— Он примет решение своего сына, — ответил Дэвид, и в его глазах промелькнула тень чего-то холодного, почти отчужденного. — У него не будет выбора. И это, возможно, станет для него уроком.
Они договорились, что Лора продолжит формально числиться в его отделе, но на время «уйдет на удаленку» для решения «личных вопросов». Это снимет ее с линии огня в офисе.
Когда Дэвид уехал, а Мира, не выдержав, ворвалась на кухню с распростертыми объятиями и миллионом вопросов, Лора почувствовала странное спокойствие. Страх никуда не делся, но его затмила решимость. У них был план. У нее был союзник. Не просто покровитель, а партнер, который был готов связать с ней свою жизнь, пусть и на бумаге, чтобы дать ей оружие против тех, кто хотел ее сломать.
---
На следующий день Дэвид действовал с молниеносной скоростью и абсолютной секретностью. Его личный юрист, человек, проверенный годами и абсолютной дискретностью, получил четкие инструкции. Брачный контракт был образцом защиты прав Лоры: щедрое содержание, гарантированная доля в активах на время брака, неприкосновенность ее будущих доходов и, что самое важное, железные гарантии финансовой безопасности и прав Шона. Дэвид не оставил камня на камне от возможных будущих претензий или сплетен о его корысти.
Вечером он приехал к отцу. Кабинет Эдварда Картера в его клубе пахнул кожей, сигарами и властью. Разговор был коротким и тяжелым, как свинцовый шар.
— Жениться? На этой… девушке с ребенком? Из-за которой уже скандал в компании? — Голос Эдварда был ледяным. — Это твой ответ на мое предупреждение?
— Это мое решение, отец, — ответил Дэвид, не опуская глаз. — Она стала мишенью из-за грязных игр Вандербильтов. Я даю ей защиту. И себе — рычаг.
— Ты ввязываешься в войну, Дэвид. Из-за сентиментов.
— Не из-за сентиментов. Из-за принципов. И из-за стратегии. Теперь любая атака на нее — это атака на нашу семью. И Вандербильты это поймут. Это не слабость, отец. Это укрепление позиций.
Старик долго смотрел на сына, и в его взгляде, сквозь неодобрение, мелькнуло что-то похожее на уважение. Сын вырос. И играл в игры, которые он, Эдвард, понимал.
— Делай, что должен, — наконец выдохнул он. — Но чтобы ни одна пылинка не упала на репутацию семьи. И на свадьбу Вандербильтов ты идешь. С ней. Пусть видят, что ты не прячешься.
Это было благословение на войну. Холодное, вымученное, но благословение.
---
Тем временем Люк, видевший странную, сосредоточенную активность Дэвида и заметивший отсутствие Лоры в офисе, чувствовал нарастающую тревогу. Анжела же была уверена в своей победе. Ей доложили, что Картер проводит какие-то консультации с юристами — наверняка, готовится к разбирательству по поводу фальсификации данных. Она предвкушала его унижение.