Этот бой сначала был довольно экстремальным. Большую высоту мы набрать не сумели, и пришлось атаковать японцев без всякого преимущества. Мой истребитель рвется вперед, обходя четыре вражеских истребителя по дуге. Не хочу в лоб. Слишком опасно. Японцам все равно придется отвлечься и отреагировать на мой маневр. Там же не слепые сидят и прекрасно видят, что я делаю. И если они и дальше будут вот так лететь по прямой к нашему аэродрому, то я просто зайду им в хвост и расстреляю одного за другим. Нет, идиотами этих японских летчиков назвать нельзя. Заметили и приняли меры. Сразу шестеро рванули за моей парой. Пришлось попотеть, чтобы не дать им сесть мне на хвост. Помня об их преимуществах в горизонтальном маневре, я упорно лезу на вертикаль. Мощности у моего мотора хватает с избытком. А я еще и форсаж врубил на короткое время, чтобы подняться повыше. Япошки тянут за мной.
М-да! Не встречались вы еще, ребята, с таким противником, как мой «Динго». Потому и не знаете, что так за мной гоняться бесполезно. Это вам не убогий Р-40, с которым вы меня, скорее всего, спутали. Визуально Р-40 и Р-51 похожи. Издалека. Вот «Киттихоук» бы ваши «Зеро» легко догнали на вертикали и расстреляли. А мой истребитель от вас сейчас уйдет как от стоячих. Что и требовалось доказать! Мотор переднего преследователя начинает захлебываться. И опытный летчик противника быстро переводит свой самолет в горизонтальный полет. Сразу видно – профи. Понимает, что так насиловать двигатель «Зеро» нельзя. Не рассчитан он на такие экстремальные перегрузки и может просто заглохнуть. Или перегреться. А вот мотор моего «Динго» все еще тянет без проблем. На высоте я король. И японцы сейчас в этом убедятся. Кстати, там внизу до них уже до всех дошло, что меня они не догонят. И все шесть «Зеро» начинают проваливаться вниз. Им скорость надо набрать, а то она сейчас у них очень маленькая. Опасно маленькая. Так и до срыва в штопор недалеко.
Куда? Я вас не отпускал! Мельком глянул на своего ведомого. Как он там? Нормально. Бен Конори смог удержаться за моим хвостом при таком экстремальном маневрировании. Хороший пилот, однако. Я его из-за этого и выбрал своим ведомым. С переворотом ухожу вниз. Надо догнать и наказать этих самураев, пока они еще не успели разогнаться как следует. Догоняю. Довольно быстро. Р-51 в пикировании особенно хорош. Разгоняется не хуже «Мессершмитта» или И-17. Очень быстро разгоняется. Вот хвост заднего «Зеро» из той шестерки уже в моем прицеле. Короткая очередь из всех стволов и враг сыпется вниз горящими обломками. Один готов! Быстро загоняю в прицел силуэт второго истребителя противника. Очередь. Есть контакт! Еще одни готов!
А японцы-то совсем не ждали от меня такой прыти. Не привыкли они еще к таким шустрым противникам. До этого встречались в бою с другими самолетами союзников. Более тормозными. Оставшаяся четверка «Зеро» наконец начинает реагировать. Пытается маневрировать, чтобы уклониться от моего огня. Вот в сторону разошлись, уходя на виражи. Пара влево. Пара вправо. За кем бежать? Выбираю левых. Я же мужик как-никак. Успеваю срезать очередью из всех стволов вражеского ведомого, прежде чем приходится резко уходить в сторону и наверх. Вторая пара пыталась развернуться и атаковать. Меня об этом Бен Конори вовремя предупредил по рации. Молодец парень! Внимательный. Бдительности в бою не теряет. И очень хорошо выполняет обязанности ведомого. А японцы наверх за нами не пошли. Видимо, вспомнили, что случилось в прошлый раз? Быстро учатся, гады узкоглазые. А потом им резко стало не до нас. На эту «правую» пару «Зеро» навалились сразу четыре «Динго» из 75-й эскадрильи.
Я не стал им мешать и начал подниматься повыше. А то с этими экстремальными гонками по небу я немного утратил нить командования авиакрылом. Я же не рядовой пилот. Я командир. А командир должен командовать в бою. А не пускать все на самотек. Так, что тут у нас творится? А ничего так. Первый натиск мы выдержали. Смогли продержаться первые самые критичные минуты этого воздушного боя. И теперь к нам пачками стало подходить подкрепление с нашей авиабазы. Ситуация выровнялась. И затем чаша весов склонилась в нашу пользу.