Рано утром мы двинулись в путь на юг в сторону Порт-Морсби. Вместе с Кидором и мной в это путешествие отправился и еще один житель деревни, которого звали Сарир. Совсем еще молодой папуас лет пятнадцати или шестнадцати на вид. Кидор мне объяснил, что это его сын. Сам-то Сарир английского языка не знал и по этой причине со мной общаться нормально не мог. Довольно быстро мы вышли к какой-то реке. Не очень широкой, но зато глубокой, с топкими берегами и грязно-коричневой водой. Там мы сели в примитивную лодку, выдолбленную из ствола дерева. М-да! Лодочка была довольно корявая и неустойчивая. Я все время боялся перевернуть ее и выпасть за борт, так как несколько раз в мутной воде мелькали спины крокодилов. Они тут водятся в большом количестве. Крокодил – это очень опасный хищник. Один из тех двух, что не боятся человека и охотно нападают на него. Вторым таким хищником являются акулы. Те тоже рассматривают людей не как угрозу, а как законную добычу. Все же остальные живые существа на планете Земля человека опасаются и предпочитают с ним не связываться. Так вот! Крокодилов в этой неизвестной речке (на карте Новой Гвинеи я эту реку не нашел) хватало с избытком. И купаться здесь я бы ни за что не согласился. Бр-р-р! Не люблю я крокодилов. Очень опасные и свирепые монстры. К вечеру река закончилась и началось болото, по которому мы и поплыли. До темноты так и гребли. Заночевали на маленьком островке посреди болота.
Я говорил раньше, что ненавижу пустыню. Так вот! Теперь я знаю точно, что джунгли я ненавижу еще больше. Этот сырой, грязный, жаркий, потный и зеленый ад! Ненавижу! На болоте ночью меня чуть комары живьем не сожрали. Пришлось спать в одежде, перчатках и шлеме. А утром у меня вся морда была опухшей от укусов, которые еще и страшно чесались. В общем, жуть. А папуасов комары как будто не замечали. Почти голых людей они совсем не трогали!!! После такого можно даже в местную магию поверить.
Следующий день почти весь прошел у нас в борьбе с болотом. Мы плыли, плыли, плыли, плыли. Вместо комаров днем меня начала кусать мошкара. К вечеру, наконец-то, пристали к берегу и дальше пошли пешком. Я считал, что заплыв по болоту был тяжелым и изматывающим? Ах, как же я заблуждался! Идти своими ножками по сырым и очень густым джунглям гораздо тяжелее, чем плыть на лодке. Гораздо тяжелее. Никогда в своей жизни я так не уставал. Не выматывался. Этой ночью я спал как убитый. Меня даже комары разбудить не могли.
Следующий день. Все те же джунгли вокруг. Удушающая влажная жара как в парной. Чавкающая грязь под ногами, которая кишит разной мерзкой живностью. Все эти змеи, пиявки, клещи, сколопендры и прочие неприятные твари. И при этом надо монотонно идти, переставляя ноги и пробираясь сквозь густую растительность, за моими проводниками, которых все эти тяготы и лишения совсем не напрягают. Они по этим долбаным джунглям гуляют легко и непринужденно как по бульвару. Вот все эти белые колонизаторы так гордятся своей цивилизованностью, считают себя выше аборигенов. А вот если сейчас взять такого белого господина да засунуть его сюда. Прямо в эти самые джунгли. И погонять по ним пару дней. Как долго после этого он будет рассуждать о своем превосходстве над дикарями? Здесь папуасы являются сверхчеловеками, а вот цивилизованные люди тут недочеловеки. Они здесь выжить не смогут чисто физически, несмотря на всю свою крутую цивилизованность. Ну и где тогда это пресловутое превосходство белой расы, с которым здесь так носятся все эти убогие нацисты разных мастей в Европе и США? В джунглях Новой Гвинеи его мы точно не увидим. К вечеру подходим к горам, поросшим густым тропическим лесом. Я чувствую себя как выжатый лимон. Опять отрубаюсь без всяких снов. Мне уже пофиг на укусы насекомых.
Я говорил, что ходить по джунглям тяжело? Открою вам страшную тайну. Лезть по горам, поросшим этими самыми джунглями, еще труднее. Горы здесь не очень высокие. Не больше двух тысяч метров. Но они по самую макушку покрыты зеленью. И это вам не комфортабельные тропинки среди голых скал, которые обычно показывают в фильмах про альпинистов. Тут все по-взрослому. Что-то похожее я видел, когда служил на советском Дальнем Востоке. Только там такая местность называется не горы, а сопки. Но от другого названия суть не меняется. Горы или очень высокие холмы, поросшие густым лесом. Это очень трудная местность для движения пешком. Раньше-то я над этими горами пролетал на самолете и не парился. Не задумывался, как тут внизу трудно передвигаться. И вот теперь на собственной шкуре это сам чувствую. Во всех подробностях. И мне это совсем не нравится. Вот не пехотинец я ни разу. Я летчик. И больше привык летать, а не ходить пешком по таким вот экстремальным буеракам.