…на скалистом острове.
Черт! При всей крови, пролитой в Праге, я могла получить хотя бы один полезный сон… но нет!
Клочья тумана плыли над зеркальной морской гладью. Царила такая тишина, что я слышала собственное дыхание. Я села на ближайший валун и уставилась на серую дымку. Лицо Лиззи не шло у меня из головы. Отчаяние, с которым она направляла острие ножа себе в живот…
Ради нее я заставила себя заснуть, после того как в одиночку вернулась в лицей, в одиночку доложила верховному мастеру о провале нашей миссии и в одиночку выдержала его взгляд, полный разочарования.
И теперь ко мне возвращалась прежняя находчивость. Но при этом мне нужна была информация. Мне был нужен план.
Мне был нужен Люциан.
Но Рамадон послал его в какое-то загадочное место, чтобы прочистить ему мозги. Супер! Наверно, мне стоило попросить хрониста и меня отправить в такое путешествие. Это было бы не лишним.
Вдруг поднялся ветер. Над камнями закружился туман. У меня в голове раздался шепот.
«Ари…»
Это Люциан! Перед моим мысленным взором возникла печать, которой я изгнала его из моих снов. Ну, конечно же. Он не мог войти.
Я спрыгнула и понеслась по камням. Если бы я только запомнила, на какой скале нарисовала печать. Была ночь, а здесь всё выглядело совершенно одинаково…
И тут мелькнуло что-то красное. Нашла. Вот только как убрать такую печать, нанесенную кровью? Этого мы на занятиях еще не проходили. Я попыталась ее стереть. Ничего не произошло. Я даже опять порезала палец, чтобы исказить линии своей кровью. Это тоже не помогало. От безысходности я подобрала небольшой камушек и била им по печати, пока от скалы не откололся кусочек. Теперь-то линии, в конце концов, вспыхнули и пропали. Я с облегчением отбросила камень. Проход для Люциана был снова открыт. Я подняла голову и оглянулась вокруг. Но никто не пришел…
Может, мне просто показалось, что я слышала его голос?
Я еще какое-то время побродила по острову, ища его. Ничего. Я была одна.
Пошел снег. Реально?! Я закатила глаза. Мое подсознание явно умело драматически обыгрывать мое душевное состояние. Я сокрушенно постаралась сконцентрироваться на солнечном свете. Так меня учил Люциан. Но мягкие снежинки не хотели никуда уходить. А потом я натолкнулась на то, чего раньше никогда тут не замечала. Пристань, которая вела от скал к морю. Конец пристани исчезал в продолжающих свой танец клубах тумана, где виднелась фигура человека с вьющимися волосами, дожидающегося меня. От одного его вида меня захлестнули радость и надежда. Теперь так или иначе все будет хорошо. Легко ступая, я перепрыгнула через последние камни и ступила на сырые доски.
Люциан смотрел на море. Руки убраны в карманы кожаной куртки. Он выглядел расслабленным и почти немного грустным.
– С тобой всё хорошо? – Туман почти проглотил мой тихий вопрос, но Люциан его услышал. Он сделал глубокий вдох.
– Со мной все замечательно. А с тобой? – Голос звучал отстраненно, но в нем отчетливо слышалась забота. – Ты ранена?
– Нет, все позади.
– Хорошо.
Он все еще не оборачивался, как будто у него не было сил на меня взглянуть. Я осторожно сделала пару шагов навстречу ему. Порыв обнять его был настолько сильным, что пришлось засунуть руки в карманы брюк.
– Куда тебя отправил Рамадон? – спросила я.
Люциан помолчал, прежде чем до меня долетел едва слышный смех.
– Хронист нравится мне всё сильнее.
Он отдалялся от меня. От близости, которую я ощущала в Праге, не осталось и следа. Но, похоже, и его типичная ярость угасла. Теперь он казался замкнутым и серьезным.
– Люциан, мне правда очень жаль, что я сразу не рассказала тебе о Тристане.