Я взволнованно оглянулась на Люциана. Почему-то я думала, что он накинется на Тристана прямо сейчас. Но его зеленые глаза спокойно рассматривали соперника.
– Посмотрим…
Тристан кивнул с хладнокровной улыбкой.
– Я буду рад.
Затем облако тумана скрыло его от моих глаз, а в следующий миг Тристан пропал. Вздохнув, я выпустила свои эмоции из сейфа. Даже мое бессознательное решило, что я почувствовала себя лучше, потому что проглянуло солнце.
– С тобой всё нормально? – спросил Люциан.
– Думаю, теперь да.
Он оглядел меня с ног до головы и остановил взгляд на моей правой руке. Видимо, я разбила костяшки в кровь о челюсть Тристана. Люциан вопросительно приподнял бровь. Я повела плечами.
– Ну, может быть, я чуть-чуть сошла с ума… – созналась я.
На лице Люциана появилась лукавая ухмылка.
– Порой это случается даже с лучшими из нас…
– Да, я слышала, – усмехнулась я. Было так здорово спустя столько времени снова видеть, как Люциан улыбался. – Ты не расскажешь мне, что с тобой сделал Рамадон? Я бы с удовольствием тоже научилась этому трюку. На случай, если мой бессмертный и невероятно упрямый парень опять решит отправить свой мозг в отпуск.
Его улыбка стала еще немного шире, но была уже не такой беззаботной, как раньше.
– Почему ты считаешь такого идиота своим парнем?
– Сама не знаю. – Мне хотелось заставить его подергаться. – Если не ведет себя как настоящая задница, он бывает довольно милым.
Уголки губ Люциана дрогнули.
– Милым, да? – Он наклонился ко мне, понизив голос: – Только ему этого не говори, а то у него голова пойдет кругом.
– А, тогда мне не о чем беспокоиться, – я отмахнулась от его совета небрежным жестом. – Вряд ли его эго может вырасти еще сильнее, чем оно уже и так есть.
Теперь он захохотал от души. Как же я соскучилась по этому звуку.
– Ну да, тот, кто сумел тебя заполучить, явно имеет право собой гордиться, – поддразнил он. – К тому же, мне кажется, он точно от тебя немножко без ума.
– С чего ты взял?
Внезапно все озорство как рукой сняло. Его глаза вновь наполнились этой ранимостью, словно его сердце беззащитно открылось передо мной.
– Не проходит и дня, чтобы я не думал нарушить свою клятву, просто чтобы подержать тебя за руку. – Я сглотнула. Тогда он бы предал свою честь, всю свою суть… Он бы стал отступником.
Люциан сунул руки в карманы куртки и смотрел на меня так, будто я была мимолетным мгновением, которое хочется удержать в памяти.
– Возвращаясь к твоему первому вопросу: Рамадон высадил меня на вершине очень высокой, очень холодной горы очень далеко от ближайшего портала.
Окей. Жаль… мне будет весьма проблематично воспользоваться этой маленькой хитростью.
– По пути вниз у меня хватило времени, чтобы вернуть из «отпуска» свой мозг, – процитировал он меня с влюбленной улыбкой и вздохнул. – Я не превращусь во второго Танатоса, Ари. Обещаю. Из-за силы черных ациамов мне просто сложнее сдерживать определенные порывы, – сконфуженно объяснял он мне. – Я стал настоящим эгоистом. Хотел защитить тебя любой ценой. Один. Я хотел быть твоим героем и не собирался делить ни с кем этот титул. Ни с Гидеоном или Райаном, ни с Элиасом, ни с Белом и, уж конечно, не с Тристаном.
Абсурд. Я набрала воздуху в легкие, чтобы устроить ему головомойку, но он поднял руку. Немая просьба дать ему выговориться.
– Сегодня я осознал, что тем самым ставил на кон твою безопасность. Я тебя обидел и пошатнул твое доверие ко мне. – У него задрожал голос. – Такое не прощается. Но если ты мне позволишь, я сделаю все возможное, чтобы снова расставить всё по своим местам. – В его ладони возникло что-то блестящее. Печать с фениксом. – Я понимаю, почему ты больше ее не носишь. – Он помедлил, как если бы не мог найти нужных слов. Море мягко плескалось о мостки причала, заполняя наступившую тишину. – Но, быть может, ты дашь мне еще один шанс?..
От неуверенности в его взгляде у меня перехватило горло. Не было никаких сомнений: если бы я сейчас его отвергла, это бы его уничтожило. Мне еще никогда не было так трудно не касаться его – или подыскивать слова, которые выразили бы все мои чувства.