– Да просто дежавю, – солгала я. Я нигде не могла его найти, а со всеми печатями, которыми охотники обезопасили помещение от праймусов, они бы просто-напросто мне не поверили. Райан успокоился, а Анушка засопела так громко, что я услышала это со своего места. Лиззи засмеялась и начала болтать что-то про кошку и ошибку в матрице. Я слушала ее вполуха, потому что на другом конце кафе обнаружила пожилую женщину, которая пристально смотрела на меня. Она не казалась знакомой, но… эти серые, как туман, глаза я уже где-то видела.
«О, пожалуйста, нет!»
Ну и что мне делать? Я ведь могла и ошибаться. Я так и видела мысленным взором лицо Анушки, если бы я натравила охотников на безобидную бабулю только потому, что у нее большие серые глаза. Но если бы я оказалась права, «Корица» превратилась бы в кровавую баню. Из-за плеча Лиззи я следила, как старушка встала и пошла по проходу между столиками.
– Земля вызывает Ари… Ты меня вообще слушаешь?
Подруга подпрыгивала как поплавок, чтобы привлечь мое внимание. Она повернула голову в тот момент, когда женщина свернула в коридор, ведущий к туалетам.
– Эээ, да. Ошибка в матрице и так далее… – отговорилась я от нее. Эта бабушка действительно мне подмигивала?
– Эээ, нет. Вообще-то я остановилась на том, что в «Скорости» Киану Ривз был намного сексуальнее…
– Извини, я на минутку в туалет. Когда вернусь, мы подробно обсудим столько сексуальных голливудских парней, сколько захочешь.
Оставив насупившуюся Лиззи, я пошла к туалетам. Зачем, мне и самой было непонятно. На самом деле я должна была дико испугаться. Или забить тревогу. Или сбежать.
На самом деле…
Меня обогнала Анушка. Этой игре меня научили еще в туалете в нотариальной конторе. Сначала она проверит каждую кабинку, а потом я смогу войти. Когда я добралась до обшарпанной двери с картинкой маленькой девочки на горшке, она резко открылась, а Анушка протопала обратно к Райану. Естественно, не без того, чтобы протаранить меня.
«Понятно… и большое спасибо». Вероятно, путь был чист. Как минимум в глазах охотницы.
Я вошла в туалет. Воняло ужасно. Тут бы не подействовал и миллион ароматических палочек. Так как фактически в туалет я не хотела, то направилась к раковинам. Небольшая площадка перед ними предоставляла больше пространства для самообороны, чем узкий коридорчик с кабинками. Краем глаза я видела, как мучительно медленно закрывалась за мной дверь. Еще двадцать сантиметров. Мои стены были под контролем: подняты и удерживали все эмоции на безопасном расстоянии от посторонних. Еще десять сантиметров. Кафель на полу был гладким, на нем очень легко поскользнуться. Я ногой задвинула переполненную урну под умывальник. Одним шансом споткнуться меньше. Пять сантиметров. Окно приоткрыто, но оно слишком высоко и слишком маленькое для побега. Ладонью я нашла рукоятку своего спрятанного ациама.
С тихим щелчком дверь закрылась.
Глава 4
Туалетный фокус
Ничего не произошло.
Я чуть не захохотала, настолько идиотским мне показалось собственное поведение. А потом все органы чувств вспыхнули: огонь и снег в масштабах стихийного бедствия. Нервные окончания завибрировали. Мне пришлось облокотиться на раковину, чтобы удержаться на ногах.
«Боже мой». Этот тип реально силен. Что, черт побери, на меня нашло, что я согласилась в одиночку с ним встретиться? Отодвинув все ощущения на второй план, я велела себе сделать глубокий вдох.
– Куда ушли старые добрые времена, где мертвецы такими и оставались? – проворчала я, не поднимая головы. Я и так знала, что он стоял позади меня.
Тристан тихо засмеялся. Я рискнула бросить взгляд на отражение в зеркале. Его темная фигура прислонилась к стене коридора перед кабинками. Невозмутимый, руки непринужденно скрещены на груди. Поразительно, насколько привычным он мне казался, хотя я видела его с такой внешностью всего трижды – включая сегодня.
– Старые добрые времена… как тогда, когда ты еще ходила со мной на свидания?
Тогда, когда он втерся мне в доверие, выдавая себя за сына наших соседей. Плохая идея напоминать мне об этом.
– Ты хотел со мной поговорить? Пожалуйста. У тебя минута.
Он не шелохнулся, лишь глаза лукаво сверкнули. Моя шея от затылка покрылась гусиной кожей. Эти глаза воскрешали слишком много воспоминаний. Независимо от того, какую личину он надевал, они его выдавали. Теперь я это понимала, после восьми лет, в течение которых он следовал за мной по пятам по приказу моего отца.