Я приподнимаюсь на подушках и протягиваю ему руку, которую Воронин вяло пожимает.
- Привет, Костя. Спасибо за это все, - обвожу рукой палату.
Воронин мотает головой.
- Ты работаешь у меня, а значит, я несу за тебя ответственность, как иначе? Я своих, - он делает упор на последнее слово, - не бросаю.
Воронин внимательно смотрит мне в глаза, и я выдерживаю его взгляд.
- Значит, мне повезло, то я работаю именно у тебя, - улыбаюсь я. Воронин продолжает впиваться в меня глазами.
- Да, у меня, не у моей жены. Ты помнишь об этом?
- Конечно, Костя. Что за вопросы?
Мой голос спокойный, но сердце слегка ускоряет бег.
Воронин, наконец, отводит взгляд, и откидывается в кресле, которое стоит возле моей койки. Трет виски, и снова смотрит на меня. Молчит. Я прерываю тишину.
- Ты узнал, кто устроил похищение? Это не сложно, судя по их требованиям.
Воронин бросает на меня раздраженный взгляд.
- В том и дело, Рыков. Не узнал. Эти требования, «сделай то, что должен» - чистой воды хрень, я понятия не имею, что имелось в виду. Понимаешь, что это значит?
Немного обескураженный, я мотаю головой.
- А то, что это какая-то подстава, фикция. И мне ни хрена не нравится, когда меня пытаются обмануть. Ответь мне на один вопрос.
- Да?
Спокойно, спокойно.
- Настя – не такая простая, какой прикидывается. Я не просто так приказал тебе следить за ней. Она хитрая. Ты уверен, что это похищение подстроила не она сама?
Вопрос звучит настолько абсурдно, что я не могу сдержать смех.
- Костя, ты понимаешь, насколько глупо это звучит?
Воронин сверлит меня взглядом.
- Понимаю. Но если бы я не поставил жучок в ее телефон, как мы бы нашли ее в этой глуши? Хороший способ скрыться, тебе не кажется?
- Но в нее стреляли, и в меня тоже.
Воронин шумно выдыхает.
- Да-да, знаю. Но я все равно не могу ей доверять. Я хочу думать, что я могу доверять тебе.
Если бы не опыт тюремных терок, я бы точно сглотнул или отвел глаза, но выдерживал пикировки и похуже. Поэтому я смотрю на Воронина прямо и открыто.
- Костя, ты можешь. Я ничего не знаю о том, что у вас происходит, кроме того, что рассказали твои парни, и не собираюсь вникать в это. Я просто делаю свою работу.
Воронин кивает.
- Ладно, надеюсь, ты не врешь мне. Поверь, Рыков, лучше тебе никогда не врать. Я узнаю об этом, и тогда забуду о том, что мы друзья. Сейчас приставил к ней Серегу, но как восстановишься – не будешь отходить от нее ни на шаг. И докладывать будешь абсолютно обо всем, понял? Сейчас открытие филиала в другой городе, мне часто надо бывать там, и я хочу знать, что моя жена сидит дома на привязи, а не строит какие-то планы по побегу.
- Костя, так может, тебе стоит развестись? Зачем тебе жена, от которой столько проблем? Неужели так любишь ее? Красивых баб – море.
Понимаю, что говорю лишнее, но не сказать – не могу. Воронин еще более странный, чем его жена, и я хочу понять, действительно ли он психопат, который наслаждается контролем над другим человеком?
Воронин откидывает голову назад и хохочет.
- Люблю? Бог тебя помилуй, Рыков. Если бы я мог, давно вышвырнул бы ее, чтобы не видеть это кислое лицо.
- Так почему не вышвырнешь? – Чувствую, как руки сжимаются в кулаки, и усилием воли расслабляю их.
- Потому что есть причины, но это уже не твое дело, понял?
Я поднимаю ладони в мирном жесте.
- Ладно, ладно, мне все равно. Просто спросил, чисто по-дружески.
Воронин встает и кидает на меня недовольный взгляд.
- По-дружески… а Милену трахнул тоже из дружеских чувств ко мне?
Я чувствую, как кровь ударяет в лицо. Ну вот, еще этого не хватало.
- Да, было дело. Извини, не подумал, бабы давно не было, крышу сорвало. Красивая она все-таки. Откуда ты узнал?
- Красивая… Откуда-откуда, сама Милена рассказала. Когда узнала, что тебя ранили, разрыдалась, пришлось валерьянку ей дать, ну и все стало ясно. Спросил - покаялась, мол, влюбилась в тебя. Аж тряслась вся, дура, думала, я ее из ревности убивать буду. – Воронин усмехается. – В общем, если хочешь, бери ее себе, мне она уже давно не нужна, так чего добру пропадать. Если тебе что надо сюда привезти или купить – через нее. А мне пора женушку навестить.