— Потому что ты отказываешься смотреть правде в глаза! Дело не только в рисунках! У неё постоянно исцарапаны ладони, а врачи лишь разводят руками! Тут явно что-то серьёзное!
— Ладно... — в её голосе прозвучала поражённая капитуляция. — Если ты считаешь, что это необходимо... мы сходим.
Именно в тот вечер рухнул с пьедестала герой моего детства. Именно в тот миг я перестала быть его «душой». Разве может тот, кто любит по-настоящему, так легко решиться сдать тебя, как ненужную вещь, в какое-то злополучное место?
Мне бы очень хотелось оттянуть этот момент, но настало время собираться к отцу Александру. Как ни странно, день выдался на редкость пасмурным и гадким — ох, как же точно погода описывала моё внутреннее состояние.
Мне до ужаса не хотелось идти туда одной, и я решила набрать ребятам по видеосвязи. Все сразу же ответили, но никто не смотрел в камеру. Глупый Микаэль вообще поднёс телефон к уху.
— Микаэль, ну ты как старый дед! — фыркнула я.
Он тут же отдалил телефон и направил камеру на своё озабоченное лицо.
— Мел, что-то срочное? Я немного занят.
— Да, Мел, говори скорее! — хором отозвались девочки.
— Э-э-э, я-я... — запинаясь, начала я.
— Мелания, не тяни, пожалуйста, — перебила София. — У меня куча дел, надо успеть на интервью, я и так опаздываю.
— Так, в общем... мне надо в одно жуткое местечко. Может, кто-то со мной сходит?
Елена сразу же спросила:
— Во сколько?
— Буквально сейчас. Через час надо быть там.
Микаэль тут же подхватил:
— Прости, я не успеваю, дел по горло. Могу только вечером. Сказала бы вчера — я бы планы поменял.
— Всё с тобой понятно, — буркнула я. — А вы, девчонки?
— Прости, говорю же — интервью! — почти взвизгнула София.
— Мел, я заеду к тебе ближе к ночи, если ты не против, — ответила Елена. — Всё ещё помогаю отцу с переездом, мы сейчас в дороге.
Со всех сторон — сплошные отговорки.
— Всё с вами понятно. Ну хорошо, тогда увидимся ве-че-ром, — с наигранной занудностью протянула я и завершила звонок.
Дааа... Теперь придётся тащиться туда одной.
Я быстро собрала волосы, накинула дождевик и вышла из дома. Пока шла, пыталась отвлечься от гнетущих мыслей о предстоящей встрече. Я специально шлёпала по лужам, словно маленький ребёнок, не боясь замочить ноги и игнорируя осуждающие взгляды прохожих.
Но один из них всё же зацепил моё внимание. Он стоял у поворота, ведущего к школе. Какой завораживающий мужчина... Взгляд мой сам собой прилип к нему, изучая это невероятное создание. Его скулы, будто выточенные из мрамора рукой гениального скульптора, были до неприличия утончёнными. Глаза тёмные, глубокие, как бездонные колодцы, в которых запросто можно было утонуть. А то, как он курил, — с небрежной грацией, словно это не уличная сцена, а кадр из старого арт-хаусного кино. Длинные утончённые пальцы, безупречно опрятный вид, и даже обувь начищена до блеска, будто на улице и не было всей этой грязи.
— Он что, только с обложки сошёл? — проговорила я вслух, и вырвавшиеся слова прозвучали на удивление громко.
Незнакомец тут же повернул голову, и его взгляд упёрся в меня. Тело мгновенно покрылось мурашками, а по щекам разлился предательский румянец. Такого дурацкого стеснения я не испытывала давно. «Вот именно этого не хватало», — мелькнула у меня мысль, и я, опустив глаза, ускорила шаг.
Проходя мимо, я уловила исходящий от него аромат — до жути приятную смесь чистого табака и древесных ноток, с каким-то неуловимым... чем-то ещё. Я невольно повернула голову, пытаясь понять последнюю нотку, и вдруг нога поскользнулась в грязи. Следующее мгновение я уже сидела в луже, чувствуя, как холодная влага просачивается сквозь ткань. «Вот великолепно. Идеальное завершение картины».
Передо мной возникли его ботинки, начищенные до ослепительного блеска. Он протянул руку, но я, подняв голову, снова встретилась с его глазами. О, эти глаза... в них хотелось потеряться навсегда. Однако любоваться ими пришлось недолго.
— Мне долго ждать, или ты сама справишься? — его голос, грубоватый, с лёгкой хрипотцой, прозвучал невероятно соблазнительно.
Я проигнорировала его протянутую руку, с трудом поднялась и отряхнулась.
— Сама, — буркнула я, чувствуя, как горит лицо.«Вот идиотка, надо было дать ему руку».
Он лишь усмехнулся уголком губ.
— Ну как знаешь.
На этом наш диалог закончился. Он развернулся и ушёл в противоположную сторону, а я ещё какое-то время стояла, наблюдая за его уходящей вальяжной походкой, совсем позабыв о предстоящем разговоре с отцом Александром.