Как и Черный Полковник.
Прошло несколько минут. Он медленно сел на пол, подтянул ноги и согнул их в коленях. Офицер обхватил голову руками и стал медленно раскачиваться из стороны в сторону. Его пальцы погрузились в черные волосы и сжались. Он будто хотел вырвать их, но осознал свою беспомощность и отпустил пряди.
Я судорожно вздохнула, глядя на мужчину, которого только что растоптали.
Не знаю, что могло бы заставить меня сочувствовать ему больше, чем то, что сейчас произошло. Мозг медленно переваривал все слова, которые были сказаны в этой комнате несколько минут назад.
Это происходило на самом деле. Это не спектакль, а реальный шантаж, который использовали, дабы удержать под властью этого человека.
Генерал Копп убил доктора, который вчера приходил ко мне. Из-за того, что полковник Валенти попал в плен.
Не отрываясь наблюдала за офицером, который будто забыл о моем присутствии. Он сидел спиной ко мне, то сжимал, то разжимал пальцы, будто пытаясь прочувствовать эту реальность, ощутить пространство.
Мне невероятно сильно захотелось его утешить. Положить руку на плечо и сказать: «Ты сильный, ты справишься!». Он будто снял маску, сбросил капюшон и показал свое настоящее лицо.
Я видела как его сломали. Того самого грозного офицера, которого боялись по обе стороны фронта.
Черный Полковник считался непобедимым, но сейчас потерпел поражение.
Валенти резко встал на ноги и повернувшись, зашагал в мою сторону. Его ониксовые глаза смотрели строго вниз. Он отодвинул тайную дверцу, но так и не посмотрел на меня.
— Вам следуете вернуться в свою комнату, - сдавленно прозвучал его голос. - Я помогу вам!
Не дождавшись ответа, поднял меня на руки и понес в сторону спальни, где я находилась все это время. Не обращая внимания на боль в ребрах и горле, украдкой взглянула на него. Твердый подбородок, плотно сжатые губы и черные глаза, смотрящие вперед.
— Отдыхайте, - посоветовал полковник.
Опустив меня на кровать, он вышел.
Долго смотрела на дверь, закрывшуюся за ним, и слышала его шаги за стеной. В ушах все еще звучал мерзкий голос того генерала. Перед глазами возникало изувеченное лицо Коппа и сощуренные глаза, которые смотрели на полковника с отвращением. На мужчину, который отказался исполнять требования вражеского офицера. Который гордо высмеивал того, кто наставил на него оружие и приказывал преклониться перед ним. На отважного человека, который терпел жестокие избиения в плену и за это поплатился жизнью друга.
Да что же это за люди такие? И люди ли они? Как же обходятся с другими офицерами, если даже самого Германа Валенти, которого обьявили любимцем Якоба Кайзера, унижают и шантажируют!
Взгляд упал на лекарства, которые вчера оставил Леннарт Хофер.
Доктора убили. За то, что его друг совершил ошибку и попал в плен. Кайзерцы еще кого-то удерживали. Та девушка, которая кричала на записи, близка полковнику. Ее мучили. Она — его болевая точка..
Черных Полковник сбежал из плена солдат Великославии, чтобы вернуться в другой плен.
Я потянулась за шприцем, чтобы сделать себе инъекцию. Нужно восстановиться как можно быстрее, чтобы он мог избавиться от такой гости, как я. Он хочет помочь. По-настоящему.
Но чтобы случилось, если бы сегодня, меня заметил генерал Копп?
Жуткий страх холодными клещами сжал сердце от одной только мысли об этом.
Стоп.
Что это еще за новое кровавое пятно на моей сорочке? Его не было днем.
Я положила пустой шприц обратно на тумбочку и стала разглядывать свежее пятно крови сбоку на талии. Там не чувствовалась боль и кожа невредима.
И тут меня осенило.
Полковник нес меня на руках и пятно образовалось с той стороны, где у него была рана. Она снова открылась из-за драки.
Взгляд зацепился за лекарства, которые были предназначены для лечения моих увечий.
Решительно встала на ноги, но чуть пошатнувшись, застыла. Когда головокружение отпустило, сгребла все, что понадобится для оказания медицинской помощи и пошла к двери.
На секунду задумавшись — стучать или нет, я надавила на ручку и выглянула в комнату, которая теперь наполнилась воспоминаниями жутких сцен.
Взгляд прошелся по обстановке и задержался на одинокой фигуре Германа Валенти. Он сидел за кухонным столиком, лицом ко мне, но смотрел в окно. Перед ним стоял хрустальный стакан, наполовину наполненный темной жидкостью, а рядом — открытая бутылка.
Я не закрыла за собой дверь, и пошла к полковнику. Но даже, когда приблизилась, он не посмотрел на меня.
Вгляделась в его лицо, терпеливо ожидая гнева или грубости. Нервная дрожь все-таки одолела меня в этом ожидании.