Ближе к концу урока дверь в кабинет открывается и заходят сотрудники полиции.
— Нам нужен Никшин Даниил Олегович, — говорит мужчина в форме.
— Зачем он вам? — хмурится женщина.
— За избиение трёх лиц, — отвечает спокойно мужчина. — Даниил Олегович, пройдёмте. Или вас называть Даниил-Назар, как в свидетельстве о вашем рождении?
Я обмираю. Пазл по щелчку пальцев складывается в моей голове. Господи, какая же я идиотка!
Я ловлю на себе взгляд парня. Дани или Назара? Усмехаюсь и тут же отворачиваюсь. Нет. Я больше не попадусь в его сети. Достаточно было того, что он надо мной поизмывался.
— И что же будет? — ахает учительница.
— Задерживаем мы вашего драчуна. Учитывая тяжесть травм, ему может светить срок. Напал в парке, выскочил из темноты.
— Ложь! — не выдерживаю я. — Я была там, — подскакиваю, на Никшина не смотрю. — Он провожал меня домой, на нас напали. Он защищал нас. У меня синяки на шее остались.
Пусть парень вчера языком по царапинам водил, но синяки не сошли.
— Что ж… — мужчина хмурится. — Девушку мы тоже заберём для дачи показаний.
— Конечно, — кивает женщина.
— Заберёшь мои вещи, пожалуйста? — прошу у Вари. — И маме потом скажи.
— Хорошо.
Я иду на выход за сотрудниками полиции. На Даниила-Назара не смотрю. Мне хочется рыдать от отчаяния. Господи. Какая же я недалёкая дура. Столько снов видела, столько знаков. Но я отмахивалась.
— Оленёнок, — шепчет парень и тянет руку, чтобы прикоснуться к моему запястья.
— Не смей ко мне прикасаться. Ты мне омерзителен. Ты лжец. Отвратительный лжец.
Парень одёргивает руки. Молча идёт рядом со мной. Я чувствую его взгляд на своё лице. Но не смотрю в его сторону. Нет. Достаточно. Насмотрелась. А он вдоволь напотешался. Смотрел, как я мечусь между ним, смеялся над дурой.
В отделении нас разводят в разные комнаты. Меня ведут в кабинет, где я рассказываю события вчерашнего вечера, опуская подробности с оборотом. Меня долго не задерживают, дают позвонить родителям, чтобы они меня забрали домой.
— Что случилось? — мама выскакивает из джипа, на котором они приехали за мной.
— Всё хорошо. Просто те, кто вчера напали на нас с парнем в парке, заявление написали.
— И что? Что с парнем? — отец хмурится.
— Его задержали, — я поджимаю губы.
— Идите в машину, Лида. Я сейчас вернусь.
Отец уходит, а мама ведёт меня к машине.
— Доча, я так сильно испугалась, когда позвонили из полиции. Я не знала, что думать.
— Извини, мам, что не позвонила сразу. Я думала, что говорить, чтобы не усомнились в том, что это правда. И чтобы лишнего не сказать.
— А что за парень хоть?
— Даниил, — я отворачиваюсь к окну и сглатываю ком горечи.
— Даня перевёртыш? — мама изумляется. — Я не чувствовала от него запаха…
— Я не знаю, о каком запахе идёт речь, мама.
— Мои силы позволяют мне определять сущность. Когда я вернулась домой, я чувствовала, что у нас был оборотень. Очень сильный. Я испугалась.
— Я помню. Ты ещё тогда могла сказать мне правду.
— Я надеялась, что её получится скрыть, — мама поглаживает меня ладонью по голове. — Но кота в мешке не утаить. Всё слишком быстро обрушилось на тебя. И я рада, что ты смогла всё принять.
— Пришлось, — улыбаюсь криво. — А что если семья отца снова нас найдёт? Что если они снова что-то попытаются сделать?
— Я совершила ужасную ошибку тогда — не пошла к нему и не сказала правду. Он бы смог защитить нас. Но я… глупая была, молодая и испуганная. Я боялась, что нас убьют. Ты стала моим смыслом жизни, ради которого я была готова лишиться всего. Только бы ты была в безопасности.
— Я так люблю тебя, мама, — обнимаю женщину.
— Я знаю. Я чувствую это.
— Теперь ты счастлива? С ним? — спрашиваю тихо.
— Я всегда была счастлива, когда твой отец был рядом.
— Когда вы женитесь? — спрашиваю с улыбкой.
— Ой. Я не знаю, — мама смущается и краснеет. — Слишком рано об этом говорить. Мы ещё… у нас всё снова. Мы больше не подростки, не те молодые и бесшабашные. Снова нужно учиться доверять.
— Мне кажется, что когда любишь, учиться заново не нужно, — я улыбаюсь.
— Возможно, ты права, — мама улыбается. — Я знаю лишь одно — одна я точно не останусь. Идут.
Я тут же замолкаю, улыбка сходит с моего лица. Вижу Даниила-Назара, который идёт рядом с моим отцом к машине. Парень садится на заднее сиденье рядом со мной.
— Всё, Ясмина, вытащил я твоего принца. Вопрос закрыл. Теперь всё будет хорошо.
— Спасибо, папа, — натянуто улыбаюсь мужчине.
Никшин накрывает рукой мои пальцы. Я тут же одёргиваю руку и отворачиваюсь к окну. При родителях ссориться не хочу. Вдруг папа вернёт его обратно, когда узнает правду? А он действительно спас меня.