Некромант дернулся, застонал и замолчал…
Кажется, без жертв на этот раз обойтись не удалось.
Когда пыль рассеялась, я увидела, как в нашу сторону бегут люди, вроде бы студенты… Мне еще хватило времени порадоваться этому, а потом я потеряла сознание.
С завтраком у меня не сложилось…
Пришла я в себя в лазарете. Справа лили слезы перепуганные насмерть девчонки, слева стояла кровать, на которой лежал Полоз. В отличие от меня, приходить в сознание Фелтон не спешил. На стуле рядом с его кроватью расположилась Ребекка Скотт, бледная и скорбная.
– Эшли, как же ты так умудрилась? – трагично всхлипнула Натали, самая сердобольная из нашей компании.
– Да чтоб я знала! – простонала я, пытаясь оценить, насколько сильный ущерб понесла.
Тело ломило, голова болела, на руках обнаружились ссадины, но в целом я все еще была целой.
– Меня отсюда быстро выпустят?
Мне стоило огромных усилий не смотреть на койку слева.
– Ну, вроде бы да, – ответила Хельга. – Ты практически не пострадала, тебя Фелтон собой прикрыл. Вот ему досталось куда сильней, несколько переломов.
Этот день стоит занести в анналы истории: его змеиное величество ценой собственной драгоценной шкуры спасло безродную студентку… Надо будет сказать ему спасибо… Еще бы понять, с чего такие подвиги.
– Жить-то хоть будет? – опасливо спросила я подруг.
Как-то мне не хотелось, чтобы ради меня кто-то умирал. В особенности если этот «кто-то» чужой парень.
– Да что ему сделается? – пожала плечами Стейси, косясь на Ребекку, которая, в отличие от своего ненаглядного, вполне себе в сознании, значит, запомнит и передаст… – Целительница Синклер уверяет, что Фелтон у нас крепкий, мускулистый, опять же живучий…
– И очень злой, если ему не дают отдохнуть, – произнес Фелтон, не открывая глаз. – Забирайте рыжую – и уходите, будьте так любезны, дайте вылечиться спокойно.
Вышедшая к нам целительница Синклер поддержала Полоза и решительно потребовала, чтобы мы удалились к себе и не мучили ее больного.
Я тут же воспользовалась таким любезным предложением и, чуть постанывая от боли во всем теле, начала собираться. В лазарете мне доводилось бывать нечасто, и изменять этой привычке я не планировала.
– Фелтон, спасибо, – пробормотала я напоследок, почему-то стесняясь смотреть некроманту в глаза.
Тот хмыкнул и откликнулся:
– Пожалуйста, рыжая.
И почему-то мне показалось, что он бы не удивился, если бы я его вовсе не поблагодарила. От этого стало стыдно. Оказалось, что Полоз был куда более бескорыстным, чем я сама.
Правда, о собственном стыде я быстро забыла: точней, все вылетело у меня из головы, стоило только оказаться за пределами лазарета.
– Что все-таки произошло? – тут же набросилась я на подруг с вопросами. – Взрыв какой-то… Но я ничего не успела понять!
Ответила мне Хельга:
– Что-то взорвалось в музее. Кажется, в районе подвала грохнуло. Мы так ничего и не поняли, а объяснять никто не спешит.
И опять-таки все оказалось связано с этим злосчастным музеем. Как медом там намазано…
– Все дело в колдуне! – убийственно серьезным тоном заявила Хельга, но в глазах у нее плясали джигу отборные черти.
Погода замечательно подходила для всевозможных страшилок: день, но тучи висят так низко, и они настолько темные, что кажется, будто солнца попросту не существует. Можно было подумать, что сейчас сумерки. Я старалась дышать глубоко и размеренно, но все равно воздуха как будто не хватало.
Девчонки то и дело косились на небо, но никто не высказывал опасений или предположений. Пусть погода и была мерзкой, но она хотя бы не выходила за рамки нормы. В отличие от взрыва.
– Я уже во что угодно готова поверить… – пробормотала Натали, явно прикидывая, во что может вылиться все это безобразие для нашей сплоченной женской компании. – Может, не будешь никуда вмешиваться, Эш? Ну, эти разборки явно не из разряда тех, в которых студентам место.
Так-то оно так… Но мне вовсе не хотелось так просто все бросать. Да и не только я одна влезла в эту историю.
– Ты это Фелтону скажи! – искренне возмутилась я.
Девчонки синхронно вздохнули с такой укоризной, будто репетировали. Недели две.
– А чего ты на Фелтона равняешься? Он на два года старше, он опытней… Да и Полоз – он Полоз и есть, с ним не просто так считаются, – недоуменно протянула Стейси. – Отцепись уже от парня, Эшли, он-то живет так, как и раньше жил. Это тебе он покоя все никак не дает. Влюбилась, что ли? Так это только в начальной школе внимание привлекают мелким пакостничеством.