- Черт, а я так надеялся, что пронесёт. - он взъерошил волосы, тяжело вздохнул и обернулся к площадке: - Акимов! - крикнул, привлекая внимание Егора: - Иди сюда! Остальные – продолжаем игру! Не отвлекаемся!
Пока удивленный мальчик бежал к нам с другой стороны поля, Марк шепнул мне:
- Аккуратно подготовь его и собери вещи. Я закончу тренировку и выбью нам ночной пропуск. И охране позвоню.
Я послушно кивнула. Сердце неспокойно металось в груди, а недоуменное лицо Егора казалось мне испуганным, словно мальчик что-то понимал.
- Не дрейфь, - Марк потрепал меня по макушке и по-доброму усмехнулся: - Все нормально будет. Главное, чтобы Егор сейчас не испугался, и спокойно пошел с нами.
23
Сделать так, чтобы Егор не испугался и поехал с нами ко Льву Рассказову (так звали того человека, к кому мы должны были отвести мальчика) – и было моей главной задачей, из-за которой я вообще приехала сюда. Я знала, что Егор доверял мне, а за время лагеря мы сблизились еще сильнее, поэтому душа тоскливо ныла и мучилась. В голове роилась тысяча мыслей и подозрений. Понимала, что после того, как мы с Марком уведем Егора из лагеря, то будем еще долго оставаться в неведении о его судьбе. И это при том, что ему грозит смертельная опасность! Это сводило с ума.
В конце концов, я разволновалась так, что совершенно забыла, какие именно слова собиралась говорить мальчику, когда этот день настанет.
Вместо того, что отвести его в комнату, я повела его в домик вожатых. Притихший Егор будто что-то чувствовал, неуверенно плелся рядом и изредка бросал на меня косые испуганные взгляды.
- С папой что-то случилось, да? - тихо спросил он, когда уличный шум остался позади, и мы оказались в коридоре домика.
Внутри пахло мокрым деревом и немного хлоркой, видимо, уборщица недавно вымыла полы. Я оглянулась, на всякий случай еще раз проверяя, чтобы внутри не было случайных ушей, и повела мальчика в нашу с Олесей комнату. Дверь скрипнула, закрываясь и еще на один шаг подталкивая меня к неизбежному.
- С чего ты взял? - я не находила в себе силы обернуться на Егора, поэтому судорожно принялась убирать со стола разлитую белую краску.
А мальчик присел на краешек застеленной цветастым покрывалом кровати и вдруг тяжело вздохнул:
- Я все слышал.
Я вздрогнула. Тюбик снова выпал из пальцев и испачкал кожу на пальцах. Не веря собственным ушам, я пораженно оглянулась и уточнила:
- Что ты слышал?
- Как папа в спортцентре разговаривал с Марком Александровичем, - Егор опустил голову и отвернулся, а мой слух уловил тихий всхлип.
Плечи мальчика едва заметно дрогнули, а я поняла, что он изо всех сил старается сдерживать слёзы. Всё ещё пораженная до глубины души я шокировано слушала, как он хрипло рассказывает о дне, когда Виктор Сергеевич пришел к Марку, а Егор подслушал их разговор в тренерской. Он слышал всё, и про войну отца со старшим сыном и новой женой, и про возможный исход, к которому может привести эта война, и даже про то, что планирует нанять меня, чтобы я уговорила мальчика уйти прятаться к чужому человеку.
Мурашки стали крупнее, а сердце болезненно сжалось, когда Егорка все же не выдержал и всхлипнул громче. Старый матрас неприятно скрипнул, когда я осторожно присела рядом и коснулась вздрогнувшего худого плеча.
- Почему ты раньше ничего не сказал? - спросила тихо.
- Я хотел, чтобы ты поехала с нами, - честно признался он: - И я думал, что на самом деле ничего не случится. Это же папа, как с ним... – тут он замялся, шмыгнул носом и поднял на меня полные ужаса светлые глаза: - С ним... С ним все хорошо? Он проиграл, да?
Перед глазами появилась строчка из статьи "подозревают убийство", но я упрямо мотнула головой. Пугать и без того трясущегося от страха Егора еще сильнее, я точно не собиралась. Тем более, подозрение - это еще не убийство. Вполне возможно, что Акимов сбежал и прячется, а пресса раздувает из мухи слона.
- Наверное, - кивнула, стараясь одобряюще улыбаться. - Но, это еще не значит, что случилось что-то плохое. Понимаешь?
- Понимаю, - кивнул Егор. - А мне теперь нужно уйти, да? Ну, к тому человеку?