Странные все-таки нынче времена какие-то. Времена тотальной лояльности. Летов поет советские песни. Дугин — опора режима. Того же Ремарка взять…
Это в девяностых Рэмыч был политический маргинал хоть куда — «красно-коричневый», как их тогда именовали. А нынче почти все они — бо́льшая часть правых, во всяком случае — благополучно прикормлены. Более или менее негласно. От лысобритых парантропов с «перьями» до таких вот барственных философов-традиционалистов. Костя знал, что Ремарк как активный сетевой публицист и маленький гуру на самом деле давно ходит под кем-то из околокремлевских политтехнологов. Что он может сколько угодно распинаться в свободное время о Традиции и Инициации — но когда сверху свистнут, принимается с наиболее продвинутыми своими «кохаями» исполнительно «мочить» в Сети (или на бумаге) кого надо. Сплошь и рядом — тех же самых мондиалистских агентов и поджидков из числа врагов Отечества, кого на других веб-ресурсах параллельно шматуют «щенки Павловского» и прочая пропагандистская фауна.
…Совершенно, между прочим, нормальная эволюция для бывших свирепых антисистемщиков. Некоторое время назад Косте случайно попал в руки номер «Лимонки» от девяносто четвертого года с боевой статьей Ремарка, где он писал: «Мы живем в мире, который вот-вот рухнет. Вот-вот растворится…» Костя, помнится, хмыкнул и помрачнел. Он подумал, что тогда, в середине 90-х, у умного человека, наблюдающего столь стремительную и радикальную деградацию государства и общества «в процессе», естественным образом складывалось впечатление, что итогом процесса будет скорый и окончательный распад реальности вообще. По меньшей мере, социально-политической. Пошловатый Рэмыч сказал бы что-нибудь вроде «Апокалипсис обновления», «Смена зона» эт сетера. Ни-фи-га! Время шло, а Апокалипсис, как всегда, не наступал. Деградация системы вовсе не привела к ее самоуничтожению — реальность сделалась предельно серой и животной, но оказалась стабильной и живучей. И тогда ребята — жить-то надо! — стали потихоньку приспосабливаться. Тем более, что им-то и напрягаться особо не пришлось. Они ведь декларировали в свое время: «Нам нужна Партия Тотальной Вертикали. Российский аналог „Хезболлы“, партия Бога». Ну, поумерили пафос, вместо Господа Бога согласились на г-на президента и вместо Тотальной вертикали встроились во властную. Как сумели…
В силу возраста и интеллектуального радикализма Костю здорово занимал феномен лояльности — вчуже, разумеется. Он не совсем понимал, что это такое — во всяком случае, в данном месте в данное время. Как это: подавляющее большинство населения страны поддерживает власть — и большинство же не доверяет государству?.. Все любят президента, а боятся больше всего — милицию… Откуда в стране победившего конформизма такая вакханалия насильственно-прикладной ксенофобии?..
Вернувшись по ассоциации к нацистам, Костя тронул мышку и снова оказался на форуме.
…THE OTHER: Предлагаю подумать вот о чем. Все перечисленное иллюстрирует работу любопытных социально-культурных механизмов. Защитных, я бы сказал. Вот так вот, допустим, была создана новая мифология. Миф о фашистах как о маньяках, дегенератах, уродах — Иных (пардон). Когда зримо и явно голубой Хельмут Бергер, употребляемый режиссером Висконти, весь из себя такой декадент и «андрогин», в начале фильма объявляется в боа и шляпке, а в конце — в нацистском мундире, у зрителя вопросов не возникает. Конечно — ОНИ просто были какие-то совсем другие, они друг друга в попу трахали, потому и концлагеря затеяли строить. Они нелюди, не-люди ПО ПРИРОДЕ СВОЕЙ. Такая непонятно откуда взявшаяся и благополучно сгинувшая популяция. Зритель не дергается, поскольку ТАКОЕ он, нормальный мужик и приличный обыватель, с собой ни в жисть не заассоциирует.
И в итоге как-то уходит из поля зрения главное: те же наци пришли в Германии к власти, захватили всю Европу, травили душевнобольных и сенильных стариков, вязали из человеческих волос носки для подводников, «решали» еврейский и цыганский «вопросы», жгли белорусские деревни и т. д. — благодаря и силами тех самых нормальных немецких (и не только) обывателей. Главная-то жуть в том, что рядовые и нерядовые члены НСДАП, солдаты вермахта, патриоты рейха — на подавляющий процент — были вполне психически, сексуально и социально адекватные особи. Природа у них была — самая что ни на есть человеческая. И зверьми они становились — именно ПО природе своей, а не вопреки ей. А нацизм — это только повод. В истории таких поводов было… С одним и тем же результатом.