Проведя рукой по лицу, он опустился на матрас и повернулся на бок, лицом к ней. Его золотые пальцы очерчивали в воздухе контуры лица спящей Норт, не касаясь, лишь находясь в миллиметре от кожи. Когда его средний палец случайно задел изгиб ее нижней губы, она плотно сжала рот. Он резко отдернул руку, когда ее глаза затрепетали и открылись.
— Тик-Ток? — пробормотала она.
Один уголок его рта приподнялся в ухмылке.
— Ты ожидала увидеть кого-то другого?
— Что ты здесь делаешь? — Она потерла кулаком веки.
— В своей собственной постели? — Он вскинул бровь. — Вообще-то я спал, пока ты не решила ко мне присоединиться.
Норт быстро села, озираясь по сторонам.
— Я в твоей комнате? — спросила она, несмотря на очевидность ответа. Она приподнялась на колени и посмотрела на себя. — Зачем ты привел меня сюда?
Смех Тик-Тока прозвучал одновременно тепло и насмешливо.
— Какая самоуверенность. Ты сама пришла сюда, пьяная, потому что хотела знать, как выглядят мои покои. Так что… — Он перекатился на спину и указал рукой на комнату за собой. — Ты довольна? Всё выглядит так, как ты себе представляла?
— Ой. — Она замолчала, щурясь, словно в попытке что-то вспомнить. — Точно. Эхо дала мне бутылку спиртного.
Тик-Ток ухмыльнулся:
— И ты очень скоро пожалеешь, что выпила ее целиком.
— Кажется, я уже жалею. — Она потерла виски. — Мне, наверное, пора к себе.
— Останься, — сказал Тик-Ток, удивляя самого себя. — Раз уж ты здесь… к тому же, у меня есть подарок.
— Подарок? — Ее брови взлетели вверх, пока она изучала его.
Он поднялся и подошел к одному из шкафов вдоль стены. Топор, который он раздобыл, пока она купалась, в Мэрриленде, был изготовлен лучшим оружейником, которого он знал. У него была тонкая рукоять, удобная для ее руки, а металл был почти невесомым. Неся его к кровати, он мельком подумал, не зря ли велел выгравировать звезду на обухе.
— Вот. — Он бросил топор на кровать, туда, где лежал мгновением раньше. Оружие приземлилось, слегка утонув в плотном одеяле. — Не говори потом, что я не держу слово.
Она подняла топор, не глядя на него, переворачивая оружие, изучая каждый дюйм; ее нежные пальцы медленно скользили по всей длине. Тик-Ток ощутил этот внимательный осмотр всем телом, вплоть до паха. Он представил, как эти пальцы так же ласкают и изучают его самого. Черт. Если бы она уделила его возбужденному члену хотя бы долю того внимания, что новому оружию, он бы кончил прямо перед ней.
— Он идеален, — прошептала она спустя вечность.
Тик-Ток издал короткий облегченный выдох и присел рядом на кровать. Он растянулся на своей половине матраса, закинув руки за голову.
— Я знаю.
— На нем звезда…
— Я знаю, — повторил он, закрывая глаза. — А теперь спи.
Он дышал ровно, ожидая, решит ли она его послушаться. Она могла вернуться к себе, и он бы не стал ее останавливать, но в глубине души надеялся, что она останется. Он хотел, чтобы она была здесь. Даже после того, как портал откроется, она могла бы выбрать остаться с ним. Эта иррациональная мысль пронзила его. Нет. Она уйдет домой. Она скучает по своей семье — по его врагам. Она сама это сказала.
Наконец Норт пошевелилась, наклоняясь над ним. «Значит, всё-таки уходит». Ну конечно. С чего бы ей оставаться? Но вместо шагов послышался мягкий стук об пол. Тик-Ток приоткрыл глаза и увидел ее лицо прямо над своей грудью.
— Что ты делаешь? — спросил он.
— Положила топор на пол, чтобы мы не покалечились во сне. — Она изо всех сил старалась удержаться над ним, не касаясь его тела — между его бедром и краем кровати оставался всего дюйм свободного места. Попытавшись оттолкнуться обратно на свою сторону, она сдалась и положила руку ему на низ живота, чуть ниже пупка. Он пожалел, что надел рубашку.
Золотая рука Тик-Тока мгновенно легла поверх ее ладони, удерживая ее на месте.
— Осторожнее, звездочка моя.
Она закатила глаза и неловко отползла на свою сторону. Когда ее голова коснулась подушки, Тик-Ток покосился на нее, наслаждаясь тем, как идеально она смотрится в его постели. Он бы держал ее здесь каждую ночь, если бы мог.
Норт дернула одеяло на себя, вытягивая его из-под него, и юркнула под него.