— Это он, Дубина, — прошипел Буч.
— Ладно, железку-то брось, — произнёс я.
Возможно, мне следовало сказать ему, что бывшие заключенные не должны иметь огнестрельного оружия, но я этого не сделал. За свои смены я вижу кучу мелких правонарушений, но на некоторые смотрю сквозь пальцы. Приходится. Я был уверен, что револьвер Буча нигде не зарегистрирован, но учитывая то, какие у него бывают постояльцы, я не мог его за это винить. Я бы тоже держал оружие при себе.
Он убрал револьвер, и я посмотрел на парня в кресле.
— Это простая ошибка, — произнёс он. — Клянусь вам, офицер.
— Сейчас разберёмся, — ответил я.
Должен признать: выглядел он не слишком внушительно. Худой щупленький паренёк в плаще цвета хаки с расстёгнутой верхней пуговицей. Хороший покрой, определенно сшитый на заказ, а не купленный уже готовым в магазине. Это сразу же выделяло его среди обычного сброда в «Гнёздышке». У него была светлая бородка и такие же волосы, слегка растрепанные. Лицо у него было обветренное, загорелое, а глаза — темные и проницательные.
— Начнём с имени. Как вас зовут? — спросил я.
— Бернем, — ответил он. — Уинстон Бернем.
Буч начал хихикать.
— Да кто ж тебя так назвал, бедняжка?
— Заткнись, — бросил я. — А теперь скажите, зачем вы пытались проникнуть в эту комнату?
Бернем вздохнул.
— Мы с мистером Брауном были коллегами, друзьями. Старая дружба. У него есть кое-что мое, что-то, что он хотел, чтобы я получил в случае его смерти, и я просто решил забрать это. Это правда, офицер, клянусь вам.
— Эта комната опечатана, — сказал я. — Это место преступления. Ваш друг был найден там мертвым… но вы ведь и так знали об этом, да?
Бернем уставился на меня огромными глазами.
— Конечно, он был мертв. Это был лишь вопрос времени.
— Ладно, идёмте со мной в участок, — кивнул я. — Кое-кто из сотрудников захочет с вами поговорить.
— Я арестован?
— Нет, всего пару вопросов. Станете сотрудничать — и будете свободны на все четыре стороны.
Бернем кивнул.
— Отлично… А то у меня не так много времени.
Я вывел его наружу, стараясь не вести себя грубо. От этого парня пахло воспитанием и образованием, как трубочным табаком и кожаными креслами — в кабинете богача. Поэтому я не стал вцепляться ему в предплечье и обращаться так, как с остальными. Он был джентльменом, и я отнесся к нему с некоторым уважением.
Когда мы вышли наружу, он остановился и спросил:
— Вы… Вы видели тело?
Я кивнул.
Бернем сглотнул, изучая тени, словно ожидая чего-то.
— Оно было… иссушено? Мумифицировано?
— Именно. Словно он был мёртв уже сто, а то и тысячу лет.
— А вы нашли… насекомых?
— Да. На обоих местах преступлений.
Он выглядел так, словно у него вот-вот случится инфаркт.
— На обоих?
— Одно — здесь, второе — в университете.
Я выложил ему все, что знал, и с каждой минутой он бледнел всё сильнее.
— И Старнс тоже… О Господи, Старнс тоже…
Но больше всего его, похоже, обеспокоила доставка таинственной мумии из Египта и тот, кто мог её прислать.
— Не хотите рассказать мне о Египте? — предложил я. — О телах, которые превращаются в мумий? О жуках?
Он попросил сигаретку, и я протянул ему одну из своей пачки.
— Вы мне не поверите, но я всё же расскажу. Кто-то должен знать.
Он сделал несколько глубоких затяжек и уставился вдаль невидящим взглядом, рассматривая то, что мне было недоступно.
— Я надеялся, что мы оставили всё в Луксоре, но мне следовало догадаться…
— Что оставили?
Он пропустил мой вопрос мимо ушей.
— Полагаю, вы задаетесь вопросом, что могло вызвать такое быстрое старение и высыхание?
— Ага, задумывался, — кивнул я. — Давайте, я вызову патрульную машину, и вы расскажете всё в участке.
Бернем покачал головой.
— На это нет времени. У меня есть кабинет в Музее Античности. Пойдёмте туда. Возможно, это ваш единственный шанс, офицер. К утру я буду мертв, так что всё, что у вас останется — это одна грандиозная тайна. Я расскажу эту историю, но только вам. У меня нет времени, чтобы проходить через это больше одного раза.
Я заколебался.
Да, мне нужны были ответы в этом деле, но я знал, что Фрэнни и ребятам не понравится, если я стану совать нос не в свое дело. Но в ту секунду я решил: к черту все это. Этот парень был напуган, и он знал ответы, и у меня было безумное чувство, что если я не услышу весь рассказ прямо сейчас, то он будет мертв, как и сказал. Возможно, то, что я делал, было против правил, но мой инстинкт подсказывал мне, что я поступаю правильно.