- А что было потом?
- Серж меня вылечил. Зашил рану. Поговорил со мной, я очень переживал, из-за того, что убил живое существо. А потом... потом вдруг стало все просто. Я просто жил. Как мог, помогал другим. Помогал Сержу и Хансу охотиться и добывать нам еду. Сторожил лагерь ночью у костра. Это было просто и даже временами весело.
RT:
- Господин Меер, как на ваш взгляд, повлияло то, что группа состояла из представителей разных стран и национальностей, на ее способность выжить? Были ли сложности из-за принадлежности членов группы к разным культурам?
- На начальном этапе, наверное, да. Но дело было скорее не в различии всех культур, а в том, что основная часть группы состояла из американцев. В самом начале мы как бы разделились на американцев и иностранцев, вне зависимости от принадлежности к той или иной стране. А затем, думаю, от страны происхождения уже мало что зависело. Все решали личные качества каждого.
- Изменилось ли после всех этих приключений, ваше отношение к представителям других культур?
- Не думаю. Хотя теперь я точно знаю, почему русские, лишенные своей промышленности, все равно победили во второй мировой.
"Нэйшнал Географик":
- Серж, скажите, как вам и вашим товарищам удавалось выживать на протяжении месяца в этом суровом краю?
- Вы немного преувеличиваете, всего двадцать три дня.
"Нэйшнал Географик":
- И все же! Весна - это одно из самых трудных для выживания времен года.
- Думаю, все дело в отношении, во взгляде на мир. По началу, мы действительно выживали. А потом... потом мы перестали выживать и стали просто жить.
"Нэйшнал Географик":
- Что вы имеете в виду?
- Понимаете, когда люди, всю жизнь прожившие в условиях цивилизации, попадают в дикую природу, они все равно продолжают вести себя так, словно они часть другой системы, часть цивилизации, которая осталась где-то там, далеко, вне досягаемости.
- Думаю, нам помогло выжить, осознание того факта, что мы уже здесь, а не там. Приезжая в другую страну, вы должны измениться и подчиняться ее законам, правилам, нормам поведения, иначе вам не выжить. Точно так же и здесь.
- Мы как бы попали в другую страну. Поначалу, нам было нелегко. Мы не вписывались в окружающую нас реальность, считая ее чем-то временным, враждебным и чуждым. Мы даже не пытались вписаться в нее. А затем, по мере того как мы забывали, что может быть по-другому, мы стали принимать мир, который нас окружал таким, каким он и был с самого начала. Не злым и враждебным, а просто другим. Мы перестали бороться со всем миром и стали просто жить там, где оказались. И все стало просто. Мы стали частью окружающего пейзажа, слились с ландшафтом перестав быть чужаками, заброшенными, как им казалось раньше, на край света.
- Мы перестали пытаться "прогнуть" мир под себя, а просто стали жить в соответствии с его законами. Думаю, это нас и спасло.
- Возможно, я и не прав, но мне кажется, нет ничего красивого в героической смерти ради надуманных идеалов, которые в тот или иной момент порождает каждая культура или цивилизация. Помнится какой-то генерал, сказал:
- "Мне не нужны мертвые герои, мне нужны живые солдаты, идущие к победе".
- Думаю, мы и стали как раз такими солдатами, которые шли к заветной цели, приспособившись к тому, что нас окружало в тот момент. И в конечном итоге мы победили.
"Нэйшнал Географик":
- Серж, каждый раз вы говорите мы, скажите, а вы не думали, чтобы уйти от остальных, ведь в одиночку вы бы вполне возможно дошли быстрее?
- Признаюсь честно. Была такая мысль в самом начале. Но в какой-то момент, все они стали для меня своими, а своих - не бросают.
Конец