Я оторопела. Он коснулся моих волос. Это было так молниеносно и неожиданно. Хотелось отмотать время и поставить тот фрагмент на паузу.
Внезапно мои мысли прервали крики:
– Отпустите! Я убью её! Моя дочь умерла из-за неё! Луи, прочь с дороги!
В кухню, как разъяренная фурия, ворвалась Мария, неузнаваемая в своей злобе. Глаза, с безумно расширенными зрачками, метали молнии. Дядя Луи не удалось её удержать, она проворна выскользнула из его рук. Я тут же вскочила и шагнула навстречу Марии.
– Тетя Мария, что случилось, милая? – стараясь говорить как можно мягче и спокойнее, обхватила её за плечи, надеясь хоть немного унять бушующее в ней пламя.
– Уйди! Ты тоже виновата! Уйди с глаз моих! – вырываясь из моих объятий, пронзительно завопила она.
Сердце болезненно сжалось. Услышать такое от человека, которого любишь и ценишь, было невыносимо. В кухню ворвались дядя Луи и Стефан. В момент очередной вспышки ярости Марии сделали укол, и она обмякла.
– Луи, мы не можем больше её этим сдерживать. Оно очень сильное, это последний раз, – встревоженно сказал Стефан.
Луи лишь горестно кивнул и, подняв глаза, встретился со мной взглядом. Он видел, как сильно я расстроена.
– Дочка, Элизабет, прости её… она не со зла… – пробормотал он, извиняясь за Марию, и унес ее на руках. Разумом я все понимала, глубокой обиды на эту ангельскую женщину у меня не было. Главное, чтобы она поправилась. Видеть ее в таком состоянии выше моих сил.
– Стефан, мы же найдем выход, как помочь?– с надеждой спросила.
– Поверь, я приложу все силы, чтобы облегчить её состояние, – тихо, но твердо ответил Стефан.
Его слова звучали, как клятва и я знала, что он действительно сделает все, что бы исправить ситуацию. Вспомнив о забытом кофе, взяла чашку и решила сходить к сестре, чтобы рассказать о случившемся. В комнате меня ждал не совсем приятный сюрприз, Эрика, стояла у моей кровати.
– Вампиреныш, это байка Стефана? – нервно сжимая её в руках, спросила она, как только увидела меня.
– Что такое? – оторопела я. Сестра была чем-то обеспокоена.
– Я тебя спрашиваю, это его байка?! – Эрика повысила голос, и в её тоне отчетливо прозвучала угроза. Грубость обожгла, словно плевок в лицо.
– Да, это байка Стефана, и будь добра, следи за своим тоном! – огрызнулась я, с трудом сдерживая гнев. Ненавижу, когда со мной так разговаривают, тем более когда нет повода.
– Ах, значит, ты, тихая мышка, увела из-под носа моего любимого! Как ты посмела?! В последнее время ты слишком много о себе возомнила. Забыла, как дрожала без меня и боялась сделать шаг? – выпалила она, размахивая кофтой, перед моим лицом сестра.
Мои глаза наполнились слезами, очень низко давить на больное и напоминать, какой я раньше была беспомощной и робкой. В детстве и подростковом возрасте, я действительно боялась, выйти без сестры, из-за того что проводила длительное время дома, мне было сложно в большом скопление людей.
– Послушай, Стефан – не щенок, чтобы его уводить. Он сам решил помочь мне, когда я промокла до нитки и дрожала от холода. И еще, я больше не нуждаюсь в "помощи", которой потом ты же меня попрекаешь, – с трудом выговорила, стараясь, чтобы голос не дрогнул, и выскочила из комнаты.
Слова сестры вонзились острыми иглами в сердце. Ближайший человек стал вдруг чужим. Нужно взять себя в руки, не стоит тратить слезы. Лучше избегать ее хотя бы до завтра. Могла бы соврать, сказать, что байка Остапа или еще кого-то, но какой смысл? Правда все равно всплывет, а ложь только усугубит ситуацию. Эрика всегда была яркой, не такой как все, и я видела, как она обижает других, иногда даже унижает. Но это никогда не касалось меня. А теперь, похоже, пришла и моя очередь. Мне стало тяжело дышать и нужно было срочно покинуть место ссоры.
Я не стала долго задерживаться в коридоре. Нужно узнать, как Мария, и вообще, я хотела сегодня приготовить ужин для всех.
– Элизабет, стой! – окликнул Стефан, и я обернулась.
– Что за сцену устроила твоя сестра? Что ты ей наговорила?
– Я ничего ей не говорила! И вообще, я спешу, – отрезала я, собираясь уйти к Марии.
– Нет! – Стефан резко схватил меня за руку. – Ты не уйдешь, пока не объяснишь мне все!
Сегодня все словно с цепи сорвались и выпустили на меня своих демонов.
– Стефан, мне и так паршиво. А ты налетаешь и орешь, даже не попытавшись разобраться, – спокойно ответила. Кричать и препираться просто не было сил.
Мои слова словно отрезвили его. Напряжение в лице немного спало, тон стал мягче.
– Ладно, пойдем, – он перехватил мою ладонь и потянул за собой.
– Куда?
– Поговорим. Расскажешь мне все.
Стефан привел меня в крохотную кладовку с уборочным инвентарем. Здесь было катастрофически мало места и ощущался спёртый запах сырости. В полумраке мы стояли настолько близко, что я чувствовала его дыхание на щеке.
– Ну, давай, рассказывай все по порядку, – сказал он и повернул ключ в замке.
Щелчок замка отрезал нас от мира. В кладовке стало темно и душно. Чувства захлестнули меня: сердце заколотилось как пойманная птица, руки задрожали.
– А дверь зачем запер? – нервно спросила я.
– Чтобы нам никто не мешал. Хватит этих игр, Элизабет. Ты думаешь, я слепой? Твой взгляд на той вечеринке прожигал меня насквозь, а потом этот поспешный побег… Я все видел, каждую искру. Неужели ты сама не признаешься?
Холодок пробежал по спине.
"К чему он клонит? Боже, что теперь делать? А если я действительно нравлюсь ему? Но тогда как же Эрика?" – паника сковала меня.
– Вампиреныш 13, не молчи! Я давно понял и это. Теперь давай говори.
Кровь прилила к лицу, уши запылали.
– Стефан, что ты хочешь услышать? Ты нравишься Эрике, а она тебе, я уверена.
– Что за бред? Я ей все объяснил. Мне не нравятся такие, как Эрика.
От его слов мне стало обидно за сестру.
– Ой, ну конечно, куда уж нам, простым смертным, до королевских кровей! – выпалила я, почувствовав укол и в свой адрес.
– Рыжая, не говори глупостей, я не это имел в виду. Просто она мне не нравится, понимаешь? Мне нравится другая!
– И для этого ты меня сюда вытащил? Так иди к ней и признавайся, причем тут я?
– Ты действительно такая наивная? – Стефан резко схватил меня за плечи.
– Сам такой! Отпусти, здесь нечем дышать! Иди к той, кто тебе нравится!
– Элизабет, да это же ты! Ты мне нравишься! И я знаю, что это взаимно. Долго ты еще будешь бегать от меня?