Несколько минут мы шли молча и медленно.
– Ты как? Что случилось?– нарушив тишину, спросила Эрика.
– Я пришла проведать бурого, а он напал на меня. Хорошо, что пришёл Стефан и не дал ему закончить начатое, – растерянно рассказала я.
– Да, хорошо, что все обошло-сь... – медленно протянула сестра.
Опять повисла неловкая пауза.
– А ты как? Бурый не причинил тебе вред?
– Я в порядке, не переживай. Давно у вас это? – прогремел вопрос от Эрики.
Мне стало неловко. Зная о чувствах сестры, я не могла придумать, что ответить, но и врать не хотела. В голове проносились разные варианты ответа, но ни один не казался подходящим.
– Не особо… – с треском произнесла я.
– Не переживай, все хорошо. Я не злюсь на тебя, а даже рада. Такого парня захапала, – спокойным голосом проговорила сестра.
Словно камень с души свалился. Я остановилась, развернулась к ней лицом.
– Ты правда не злишься? Не обижаешься? – в голосе прозвучала робкая надежда.
– Правда. Счастья вам. Главное, чтобы ты, моя сестренка, была в порядке и поскорее поправилась, – Эрика шагнула ко мне, и мы обнялись, крепко, тепло, как в старые добрые времена.
На коридоре были следы крови и куски одежды Изабель. По-человечески жаль её, каждый достоин жить, не смотря на свои поступки. До этого хауса и появление бурых, такие зловещие картины, я даже в фильмах не смотрела. Теперь же, с каждой новой трагедией, моя реакция притуплялась, словно онемевшая душа. Сегодня осознала: нет смысла прятаться. Все это время я терзала себя и Стефана, умалчивая о нашей связи. В этом безумном мире каждый день может стать последним. Нужно ловить ускользающие мгновения счастья, пока они еще есть. Проходя мимо раздевалки, мы заметила приоткрытую дверь, в полумраке, сидел дядя Луи, держа в руках дымящуюся сигарету. Его глаза были наполнены болью и грустью. Услышав наши шаги, он обернулся, и взгляд его, тяжелый и пристальный, скользнул по мне:
– Как ты, Элизабет? Как самочувствие?
– Мне уже лучше. Как ваше состояние? Слышала, вы убили бурого и вновь нас всех спасли, – сказала я.
– Я сделал то, что должен. Как там девушка?
Мы не стали отвечать, лишь опустили печальный взгляд. Дядя Луи все понял. Он был очень угрюм. Мы с Эрикой переглянулись и по глазам друг друга поняли, что созрел план. Подошли к дяде Луи и сели с обеих сторон, положив головы ему на плечи.
– Ох, девочки… – выдохнул он с тяжестью в голосе.
– Мы видим, как тебе сейчас нелегко. Но знай, ты нам очень нужен, – тихо начала Эрика.
– Да, ты заботился о нас с пеленок, и когда папа ушел… ты заменил его нам, – подхватила я.
Луи затушил окурок в пепельнице, и руки его, словно сами собой, обняли нас.
– Девчонки, сейчас всем несладко. И мне бесконечно приятно слышать эти слова от вас.
В этот миг мы почувствовали, как сильно любим этого сурового, но справедливого человека. Дядя Луи всегда был для нас скалой, опорой, особенно после ухода отца. Он никогда не говорил много, но его поступки всегда говорили громче слов. Помню, как он учил кататься на велосипеде и всегда говорил, что нужно давать сдачи, если кто-то позволил ударить первым. Минута молчания нарушилась тихим вздохом дяди Луи. Он отстранился, посмотрел на нас своими усталыми глазами и слабо улыбнулся.
– Ладно, хватит нюни распускать. Нужно идти помогать Стефану.
***
Ночь была насыщенной: смерть Изабелы, провал в опыте с бурым. В сердце тлела робкая надежда, что июль одарит хоть проблеском света, развеет сгустившиеся тучи над головой. За окном начало светать, пение птиц пробудило меня ото сна. Зевнула, поморщившись от острой боли, пронзившей грудную клетку. Стараясь не потревожить сестру, бесшумно приподнялась. Взглянув на её кровать, поняла, что Эрики нет. Спальное место застелено со вчерашнего дня и, кажется, сестра даже не приходила.
Весть о смерти Изабелы, принесенная Стефаном глубокой ночью, отравила воздух безысходностью. Кто-то топил скорбь в вине, кто-то шептал заупокойные молитвы. Эрика, была совсем подавлена. За последние месяцы они стали неразлучны, и теперь сестра винила себя в случившемся. Когда бурый вырвался на свободу, Эрика была с Аристархом, наслаждаясь редкими минутами покоя, а Изабель ждала ее в холле. Не успела… не смогла… спасти. Но я отказывалась верить в ее вину. Никто не знает, что нас подстерегает за углом. Лишь бы сестра смогла найти свое счастье, обрести опору в крепких отношениях. Аристарх – парень надежный, в его глазах читалась искренняя забота о Эрике.