— На чердаке действительно шумно из-за грозы, — пожаловался он.
— Ты можешь оставаться здесь, пока она не кончится.
— Я не могу здесь спать!
—Недавно я слышал, что ты собираешься не спать всю ночь, дабы завтра быть несчастным.
— Я не хочу этого, я просто говорю, как будет.
— Прости меня, если я не вижу разницы. Если буря не утихнет к тому времени, когда ты будешь готов ко сну, ты можешь спать на диване внизу. Дальше.
С такой скоростью у Гарри скоро закончатся проблемы. Он прикусил губу.
— Я скучаю по своим друзьям, — тихо признался он.
— В этом нет ничего неожиданного, — Снейп замялся. — Возможно, ты мог бы написать им завтра.
Гарри уставился на него.
— Написать? Но я думал…
— Когда мы путешествовали, это было слишком рискованно, — оборвал его Снейп, — Но теперь мы можем попросить директора взять письма из Хогвартса и отправить по почте. Однако позволь мне внести ясность: тебе будут даны правила относительно того, о чем разрешено и о чем нельзя писать, и ты будешь им следовать.
— Я не буду писать о том, где мы находимся, или что-то в этом роде! — Сердце Гарри забилось в надежде, — Я… вы даже можете их прочитать… хотя нет, вы не можете, потому что это личное, но клянусь, я не буду…
— Да, это я выдвинул эту идею, Поттер. Не нужно пытаться убедить меня.
Гарри откинулся на спинку стула, пытаясь превратить волнение в нечто менее тревожное. Он хотел закричать от радости, но была середина ночи.
Вспышка молнии ударила так близко, что ему не нужно было прислушиваться к грому — он чувствовал его каждой косточкой.
— Тебе не холодно? — Снейпа совершенно не беспокоил шум. Гарри хотел бы быть таким безразличным ко всему миру, — Засунь ноги под одеяло.
— Но у меня грязные ноги.
— Грязные? Что ты делал?
— Ничего такого!— Гарри ощетинился, — Я просто ходил босиком, так что…
— Ты собирался вымыть ноги перед тем, как вернуться в постель?
Он должен был?
— Нет?
— Тогда в чем проблема?
Гарри подумывал объяснить Снейпу, что это совершенно разные вещи, класть свои грязные ноги в свою кровать и класть их в чужую, но если ему удастся убедить его, он не получит одеяло, а ему становится холодно. Он выпрямил колени, пока его ступни не скользнули под одеяло, а ноги не легли на нагретый матрас. Если бы он вытянул их еще немного, то уткнулся бы в бедро Снейпа.
— Это конец твоих текущих жизненных проблем?
Гарри пожал плечами. Ничего конкретного у него больше не было, только смутное облако плохого предчувствия; он не хотел жаловаться, но и не хотел, чтобы его выгнали из комнаты, если Снейп решит, что с ним покончено. Вместо этого он пошевелил пальцами ног, наблюдая, как простыни раздуваются и падают, снова и снова, пока Снейп не поймал его ноги сквозь ткань и не удержал их.
— Я просто веду себя странно.
Снейп никак не отреагировал. Тишина заставила Гарри встревожиться.
— Раньше я никогда не боялся бури или чего-то еще, — сказал он, — Сейчас я тоже не боюсь, я просто… я нервничаю, и не только сейчас, я все время нервничаю. Я знаю, что веду себя по-детски и все такое, но я… раньше такого не было. Обычно я не такой, не знаю… не такой странный.
Снейп хмыкнул.
— Ты не кажешься мне странным . И обстоятельства таковы, что я вовсе не удивлен, что ты часто нервничаешь.
— Но раньше вы меня не знали. Я так же постоянно попадал в неприятности. Не как школьные проблемы или… знаете, нарушение правил. Просто неприятности, я имею в виду плохие обстоятельства. И я так не нервничал.
— Я полагаю, что твои родственники не слишком заинтересованы в утешении. Мне кажется логичным, что ты решил скрыть эти чувства и сконцентрироваться на выживании.
Гарри не думал, что скрывал свои чувства. Это было полной противоположностью тому, что он хотел услышать: ведь он не хотел быть таким все время, он хотел вернуться к тому, каким он был раньше . Хотя если это означало вернуться к Дурслям…
— У вас все еще болит голова? — вдруг вспомнил он. Молния осветила лицо Снейпа, когда оно скривилось в усмешке: это сделало его похожим на ночное чудовище.
Инстинктивно Гарри попытался отдернуть ноги, но хватка Снейпа оказалась слишком крепкой.
— Если я еще раз услышу этот вопрос, она вполне может разболеться.
Гарри снова пошевелил пальцами ног. Не глядя, Снейп предупреждающе сжал их пальцами. Его рот снова скривился.
— Я украл свою палочку из вашего пальто, — сказал Гарри.
Снейп повернул голову к нему.
— В поезде до Варшавы, — он сглотнул, глядя на свои колени. Его руки сжались на обивке сидения. Что он делал? — После того, как я прочитал статью в «Пророке», потому что я подумал … но позже я вернул ее обратно. Я не использовал никаких заклинаний или чего-то подобного, клянусь. А в Закопане однажды, когда
вы ушли и сказали мне оставаться в доме, я ослушался и пошел на большое поле за садом. Я встретил там гадюку и поговорил с ней, а потом она укусила меня, но Агата использовала природную магию, чтобы исцелить меня. И я знаю, что должен был сказать вам, что она умеет колдовать, но она сказала, что у нее даже нет палочки, так что я не думал, что это опасно или что-то в этом роде, и… и я не хотел уходить, потому что мне там очень понравилось, и это было очень глупо, но я не знал, что она причинит вам боль, клянусь… простите.
Мальчик выдохнул и замер в ожидании.
Когда он рискнул взглянуть вверх, Снейп, похоже, даже не моргнул.
— Простите, — повторил Гарри, надеясь вывести его из транса.
— Ты… — Снейп остановился, затем резко вздохнул. — Что ты имел в виду, говоря, что разговаривал с гадюкой?
— Э-э… — Гарри показалось, что это наименее постыдная часть его признания, так что он вовсе не возражал против того, чтобы поговорить об этом, можно даже подробно. — Она просто сказала мне уйти и не трогать гнездо, и я не собирался этого делать, но я думаю, что она испугалась.
— И ты её понял?
— Ну, да.
— Конечно, — пробормотал Снейп, по-видимому, самому себе. Он провел рукой по лицу. — Я даже не знаю, что тебе сказать, глупый ты ребёнок. Ты хоть понимаешь всю серьезность того, что скрываешь от меня такое? Ты забыл, что моя главная цель во время этой экскурсии - защитить тебя? С какой стати ты ожидаешь, что я это сделаю, если ты отказываешься говорить мне правду?
Слезы тяжело стекали по ресницам Гарри, затуманивая его зрение.
— Не знаю, — прошептал он.
— Не знаешь, — в голосе Снейпа сочилась кислота. — Как и я. Теперь ты точно не пойдёшь за грибами. Если я не могу быть уверен, что ты сообщишь мне, если тебе причинят боль, как я могу позволить тебе исчезнуть из виду?
— Простите, — повторил Гарри, совершенно не зная, что сказать, чтобы исправить ситуацию. Зачем он вообще открыл рот?
— Замечательно, но что мне делать с твоими извинениями? Разве ты не понимаешь… — Снейп оборвал себя. — У меня такое ощущение, что твоя мнимая отработка завтра окажется гораздо более реальной, чем предполагалось.
Гарри отчаянно замотал головой.
— Нет, — взмолился он.
— Нет? Тогда сам скажи, что мне делать? Что мне сделать, чтобы это никогда больше не повторилось?
Гарри открыл и закрыл рот. Чего Снейп ожидал от него?
Снаружи грохотал гром. Шторм уже стихал. Дождь барабанил по оконному стеклу.
Снейп вздохнул и обмяк, как будто весь гнев улетучился.
— Не бери в голову.
В Гарри поднялась паника, отдаваясь кислотой во рту.
— Что? Нет, нет… вы можете… этого больше не повторится! Вы можете наказать меня , дать мне отработку или… — он отчаянно пытался найти идею, которая могла бы понравиться Снейпу, но в школе тому в основном нравилось снимать баллы с Гриффиндора, а это было не актуально в середине лета. — …или накажите меня как-нибудь иначе, как хотите…