– Я понял, что вы только что говорили обо мне! – заявил с ходу вождь волков. – Мне мало забот, так ещё вы с вашими хитростями! Я воин, вождь клана и глава рода, должен бегать за тобой, Кей и трястись над честью нашей семьи!
– В последнее время, Акай, когда я тебя вижу, я чувствую себя страшным негодяем, меня мучает совесть грешника и раскаянье преступника, – Рагнар шутливо выставил перед собой руки, отпуская Кей.
– Лучше не посвящай меня в подробности, чтобы не подтверждать мои подозрения! – Акай нахмурил брови, хватая за руку свою рыжую проблему.
– Ты ведь знаешь, что я люблю её, – спокойно произнес Рагнар, – Зачем сердишься? Я уважаю твоё упрямство, волк, твою дань обычаю, и почту за честь отдать за такого человека свою сестру. Ты мне нравишься, Акай.
– Не льсти мне, жрец, всё равно я женюсь на Зои, а Кей ты не увидишь до следующего праздника, который будут устраивать на честь соединения племён. В нашем племени не было обычая отдавать замуж вдову, я следую своему внутреннему голосу чести и принимаю ваши чувства, но у вас нет терпения. Если ты уважаешь меня, Рагнар, соблюдай мои правила, – хитро усмехнулся Акай, окинув жреца победным взглядом, поверх головы.
– Мы возвращаемся в клан! – бросил он ей, ведя её за руку. – Я так устал, Кей! Волкам нужно отдохнуть и собраться с мыслями. У нас много детей и они слишком малы, чтобы решать проблемы восставшего народа Ашварума. Ты должна помогать мне, а вместо этого у тебя в голове один Рагнар! Мне это не нравится! Сейчас нужно заботиться о другом, потом у вас ещё будет куча времени предаваться нежности!
– Ты ревнуешь меня?! – Кей удивленно воскликнула, вырывая руку.
Акай устало вздохнул, и недовольно ответил, пытаясь скрыть свою горечь:
– Может быть. Ты часть моей семьи, моя сестра, жена моего покойного брата. Мне тяжело отпускать тебя. Хотя с другой стороны, тогда я спокойно вздохну.
Эти скупые фразы, все равно выдавали его заботу и искреннюю нежность по отношению к ней. Кей всегда трепетно относилась к Акаю, его слова заставили её расчувствоваться. Она, не стесняясь, обняла его и тихо прошептала на ухо:
– Я тоже тебя люблю, и ты навсегда останешься моей семьей. Ты, Маара, Зои, Аядар, я и Рагнар – мы все равно будем одной большей семьей. Я знаю, ты будешь всегда рядом, лучшего друга, чем ты у меня не будет! Я благодарна тебе, вождь волков и моё сердце всегда будет открыто для тебя.
Она подчинилась воле вождя волков, и не покидала, без его ведома, территории клана. Со своей стороны, Кей тоже старалась поддерживать тимереков. Она успокаивала их тревоги и волнения, насчёт соединения племён, находила нужные слова в пользу будущего союза и новой жизни, в которой больше не будет места тирании зла. Люди прислушивались к ней. Старики задумчиво кивали седыми головами, среднее поколение засыпало её вопросами, с которыми она отправляла их к Фанфарасу, а молодежь, снова возобновила уроки танцев, так они легче переносили ожидание и тягостные мысли.
Жизнь все равно продолжалась. Ястребы стояли в дозоре, волки ходили на охоту, буйволы готовились к встрече. Пилигрим ходил из клана в клан, терпеливо уделяя внимание каждому, кто обращался к нему с непростыми вопросами. Даже непоседливым детишкам. Он собирал их вокруг себя, усаживал в круг и рассказывал им увлекательные истории об Ашваруме. И взрослые, и дети слушали его, затаив дыхание, с трудом представляя великолепные замки и дома из камней, путешествия по морям и далёкие страны.
В сознании людей просыпались спрятанные знания их предков, но они растеряно не могли извлечь их, оформляя это словами, не могли понять, что с ними происходит и как теперь этим распоряжаться.
Не только Фанфарас, но и Тембот с Рагнаром, вели бесконечные беседы и споры, выслушивали людей, давали им советы, проникаясь проблемой каждого, подбадривая и вселяя надежду. Они уже ощущали, что не вернуться к прежним устоям, а сложить новые без присутствия остальных племен пока не получалось.
Сама Кей виделась с Рагнаром всего несколько раз и то мельком, бросив друг на друга короткие полные нежности взгляды. Рагнар чтил законы клана волков, уважал слова Акая, заставляя себя пока избегать вигвама любимой женщины.
Прошло всего десять солнечных дней и в селение тимереков прибыли первые гости. Это были арабеки. Синеокие люди, которые сдержано улыбались, с любопытством разглядывая одежду и жилища своих побратимов. Племя арабеков расположилось рядом с селением. Тимереки гостеприимно проявляли участие и помощь в обживании нового места.