Аядар посмотрел на Лайзу, потом взглянул на Джонатана и развел руками:
– Мне больше нечего добавить, она все верно сказала. Последнее слово за тобой.
Глава 23
Джонатан закрыл глаза и провёл руками по лицу. Набрав побольше воздуха широкой грудью, он шумно выдохнул и ответил:
– Я согласен. Сделаем это быстро, не откладывая в долгий ящик. Так как ты, Аядар, должен вернуться в свой мир, то засветиться в этой истории ты не должен. Всю ответственность я беру на себя, и отвечать перед законом тоже буду я один. – Твёрдым тоном произнес Джонатан, и в его зеленоватых глазах загорелся азартный огонёк.
– Нет не один! – Лайза подняла изогнутую бровь, и вызывающе взглянула на мужчин. – Я непосредственно принимала в этом участие, была свидетелем тех событий, это мои материалы и я хочу сделать репортаж со своим вступлением перед речью Вонга. И я буду биться до конца! И не смейте со мной спорить – это бесполезно!
– Показывай отснятые материалы, мы убиваем время! – упрямо кивнул Джонатан.
После просмотра, он без обиняков дал Лайзе микрофон и настроил камеру:
– Твоя речь Жанна д’Арк! Не сильно затягивай, чтобы потом наш сигнал не успели перекрыть!
Лайза взяла микрофон и сделала короткое вступление, глубоким чувственным голосом, в котором трепетали нотки волнения:
– Это сигнал SOS! Я напрямую обращаюсь от народа Африки к неравнодушным и мыслящим людям! Это журналистское расследование нацелено донести людям правду. Пролить свет в каждый уголок нашей земли. Оказывается, истреблять можно не только колонии насекомых-вредителей – это легко можно сделать с целыми племенами ни в чём не повинных людей. Оказывается, на нашей планете вымирают не только редкие животные, но и люди, целыми тысячами. И никому до этого нет дела. Люди опомнитесь! Сейчас стирают с лица земли чёрный континент, а чья очередь наступит потом? Чьи дети будут умирать в муках. Какой народ посчитают не нужным балластом для развития цивилизации? Это признание одного из палачей корпорации JPIQ.
– Что ж, годится. Ну, теперь поехали на телестанцию. Сегодня как раз моя смена. Лайза поможет мне там все подготовить, а ты оставайся здесь. Дай бог, мы успеем закончить до приезда группы захвата. Тебе нельзя попадать им в лапы, наверняка их будет слишком много, да и камеры слежения тебя засекут. Так что участвуй со стороны. – Обращаясь к Аядару, Джонатан накинул лёгкий пиджак, беря сумку с аппаратурой. – Смотрите нас в полдень. Я выберу передачу с высоким рейтингом, у которой самая большая аудитория зрителей, прерву её и вставлю ваше послание.
– Наше послание, Джонатан. Теперь ты уже один из нас. Я действительно останусь здесь, но лишь для того, чтобы потом вытащить вас оттуда. Сила рога заставляет меня остаться, хотя сердцем и душей я хочу отправиться с вами! – Аядар с силой ударил кулаком в стену, не скрывая своего горячего разочарования.
– Успокойся, брат, значит так нужно. Будем верить в лучшее. Рассчитывай на нас, а мы будет надеяться на тебя. Мама, – Джонатан остановился возле притихшей Анжелы и обнял её. – Не переживай, ведь было и похуже, выберемся. … Пока! – Он обнял и Аядара, по-дружески хлопнув его по спине, и вышел.
Лайза пыталась улыбнуться, но тревога и печаль в огромных и влажных карих глазах выдавали её действительное состояние.
Аядар первым обнял её, притянув её к своей мужской мускулистой груди:
– Я вас не брошу, не бойся. Ты молодчина! Я тобой горжусь. Присматривай там за нашим Джонатаном. До скорого!
Она лишь кивнула в ответ, снова обведя их беспокойным взглядом, и легонько взмахнув на прощанье рукой, молча вышла следом за Джонатаном.
В повисшей тишине квартиры было слышно, как внизу, отъезжает машина Джонатана. Анжела тяжело вздохнула, и еле переставляя ноги от волнения, подошла к телевизору, включила его и невидящими глазами уставилась на экран.
Аядар не любил ждать. Он просто ненавидел ждать! В такие моменты он чувствовал, как время замирает, и его душа рвалась от нетерпения. Фанфарас ни как не смог искоренить у него это материнское качество характера.
Он принялся ходить по коридору из угла в угол, иногда бросая хмурые взгляды на круглые часы, висевшие на стене. Чем ближе подходило время к обеду, тем неспокойнее становилось у него на душе. Чтобы больше не видеть эти наглые дергающиеся стрелки часов, Аядар взял в руки рог, и, усевшись на пол, стал концентрироваться на его энергии, ища следующую подсказку, которую ему должна была подать сила верховной справедливости.