– А я отнесу тебя и спасу от голода. А когда ты окрепнешь, – Алмир улыбнулся, – Я хочу, чтобы у нас были дети.
Алмир. … С каждым новым днём, она понимала, как он становится ей дорог. Если он находился рядом – она не могла отвести от него взгляда. Ловила каждую его улыбку, дорожила каждым поцелуем, каждым касанием руки. Тимереки теперь не особо волновали её, ни их жизнь, ни их отношение. Даже на своих подруг у неё не было времени, она перестала вспоминать свою прежнюю жизнь и свой мир. Кей влюбилась! Влюбилась до дрожи в коленях, до замирания сердца! Алмир затмил собой для неё весь белый свет. Каждую свою минута она посвящала ему, она жила для него, она смотрела на мир его глазами. Когда он возвращался с охоты она не отходила от него, угождала ему приготовленной пищей, беседовала, ласкала. А когда он уходил в джунгли, она садилась и просто ждала его.
Такого счастья – она не испытывала никогда! Кей даже не знала, не представляла, что можно так любить и быть такой любимой, такой желанной. Он боготворил её, носил на руках и выполнял любые капризы. Алмир любил её ещё сильнее, он впитывал в себя каждую секунду, проведенную с ней, она всегда стояла у него перед глазами, жила в его сердце и оно так сладко сжималось, когда он думал о ней. Их рожденное чувство возносило их до небес, так, что сами духи этого мира стали завидовать им.
А Рагнар. Он пытался чувствовать себя счастливым, ощущая её радость. Он стойко этому учился. Но вначале бороться с этим было невыносимо. Когда наступала ночь, Рагнар всем своим сознанием ощущал, как его Кей ласкает другой и как этого другого любит она. В такие моменты он выскакивал из шатра и бесцеремонно будил Тембота. Хватая меч, он заставлял друга биться с ним, пока ощущение её близости не покидало его, иногда на это уходила целая ночь. Под утро Кей, изнеможенная и счастливая засыпала на плече у Алмира, а Рагнар, дрожащий от нервного и физического истощения, падал у входа в шатер. Кей была счастлива, а Рагнар оттачивал своё боевое мастерство с верным Темботом. Но со временем Рагнар научился контролировать свои ощущения и защищаться от них. Он стал спокойнее, постигая магию силы жреца, он был счастлив, что его племя под надежной защитой и его опыт растёт, благодаря знаниям отца, только в уголках его губ, появилась неизменная печаль и грусть в сиреневых глазах, избегающих взгляда в сторону клана волков.
Всё племя знало, что Кей и Алмир сходят с ума от своей любви. Они не нарушали законов древних, но это было видно и невооруженным взглядом, по тому, как они смотрели друг на друга, по тому, как ловили каждое слово, лаская друг друга глазами, как ходили, держась за руку, улыбаясь друг другу. Тимереки ни разу не видели, чтобы они хоть раз поссорились, наоборот, когда эта пара появлялась, всем сразу становилось теплее, на лицах людей зажигались улыбки. И племя приняло их любовь.
Больше всего, тимереки любили смотреть, как они танцуют друг с другом. Кей научила Алмира танцевать по-своему, и теперь на праздники они радовали племя своим страстным танцем. Во время которых, Рагнар закрывал глаза, и читал про себя молитвы древним или вообще старался избегать праздники. Он держал обещание, данное отцу – он больше ни разу не заговорил с Кей.
Тимереки не смели даже выказывать зависти к любви Алмира. После того как Кей принесла рог единорога в селение, они почитали эту пару, и относились к Кей с трепетом, как к своей сестре. Даже Тире молча поджимала губы, не смея судачить про Кей.
Только вот Мэл, Лита и Анж, совсем отдалились от неё. Появилась неловкая натянутость отношений, ведь положение в племени у них теперь было разное. Кей тянулась к ним, а они бросали замечания сквозившие упреками и демонстративно отстранялись.
Полгода пролетели как волшебная сказка для Кей. Каждый день был полон любви, каждая секунда плакала от счастья. Но их любовь была слишком прекрасна, чтобы духи позволили им долго наслаждаться этим божественным чувством. Они решили ещё раз доказать людям, что рая на земле не бывает, и что за каждую минуту счастья нужно заплатить сполна, чтобы трезво оценить где небо, а где ты. Мечты и счастье всегда крушатся неожиданно и вероломно!
Умер старый вождь племени. Сазар должен был по закону древних последовать за ним. Жрец смиренно принял обряд очищения, передал своему сыну Рагнару власть и силу жреца и, возведя Тембота в вожди тимереков, Сазар испил чашу забвения и усоп.
Алмир озабочено проверял своё оружие. Уже несколько дней он ходил хмурый, а при натянутых улыбках в глазах сквозила тревога.
– Родной мой, почему так напуганы тимереки? – Кей обняла его за плечи.