Выбрать главу

И тут Игоря осенило.

Он набрал номер телефона главного эпидемиолога республиканской санэпидемстанции и, услышав знакомый с легкой хрипотцой голос, сказал:

– Эльмира Ибрагимовна! Доброе утро! Извините, но только один вопрос. Вы разобрались со случаем странного отравления в Керябе?

– Ты, Игорь, даешь! Ты не появляешься два года, неожиданно звонишь, задаешь серьезные вопросы!

– Мне очень некогда, и я очень прошу вас ответить! – взмолился Игорь.

– Десять человек умерло сразу после демонстрации, а еще сорок в течение десяти дней в больнице! К сожалению, никакой зацепки по поводу причин их смерти нет, – вздохнула главный эпидемиолог республики.

– Посмотрите этиологии отравления боевыми газами, но только никому ни слова, если не хотите закончить свои дни в тюрьме, – посоветовал Игорь.

– Ты, как всегда, прав. Я сейчас живу у зятя, так что позвони денька через три, я тебе более подробно скажу.

– Большое спасибо, – сказал Игорь и попрощался.

Быстро открыв дверь, Игорь вышел из туалета. Спустившись вниз, в газетном киоске он купил пачку «Явы» и газету «Звезда Востока» на русском языке.

Выходя из здания аэровокзала, увидел маячившие возле машины мужские фигуры. Подходя к ним, извиняюще развел руками, жестами объяснив, что живот прихватило.

– Садись быстрее! – приказали из машины.

Едва Игорь забрался внутрь, как машина сорвалась с места и, набирая скорость, понеслась по узкой дороге, обсаженной тополями.

Игорь во все глаза смотрел по сторонам, отмечая приметы времени, которые тоже не обошли стороной столицу Узбекистана. Появилось много магазинов с яркими вывесками на узбекском языке, но уже написанные латинским шрифтом. Почти исчезли надписи на русском языке. Дорога из аэропорта, как помнил Игорь, всегда была неплохой. Сейчас она стала еще лучше: ни одной выбоины, ни одной ямы.

Глава 3

Прозрение

– Давай, быстрее переодевайся! – прозвучала команда, и Игорю на колени упали новые камуфляжные армейские штаны.

– Ребята! Я не могу так быстро! – сказал Игорь, нарочито неловко ворочаясь на заднем сиденье «Волги» и стараясь скомкать свою рубашку так, чтобы незаметно переложить найденные в воздуховоде «сигареты» в форму.

Переодеваться в форму в автомобиле сложно, особенно когда в нем сидят три человека. Игорь, не мудрствуя, разложил одежду на коленях и плечах окружающих его парней.

С трудом одевшись, он бесцеремонно протянул руку вперед и повернул зеркало заднего вида к себе. Посмотрев на свою физиономию, с неудовольствием отметил синяки.

– И так сойдет, – констатировал справа звероподобный парень, лениво пережевывая жвачку. Не раздвигая губ, от чего слова выходили неясно, бык добавил: – Вот твои военные документы. Ты сильно рисковал, задерживаясь в старом аэропорту. Хотел улететь обратно? – И вся троица загоготала, обдавая Игоря запахами кислого молока и прогорклого бараньего жира. Несмотря на такое амбре, все трое были аккуратно подстрижены и тщательно выбриты, что выдавало в них представителей каких-то госслужб.

– Давай старые документы, они тебе больше не понадобятся, – командным тоном проговорил рядом сидящий парень-узбек, габаритами немного уступавший первому, сильно смахивающий на гориллу, одетую в рубашку и брюки. Парень недвусмысленно поднес к носу Игоря кулак размером с детскую голову. По сбитым костяшкам пальцев и многочисленным шрамам на них Игорь сразу признал в парне опытного рукопашника.

В этот момент перед ними показались зеленые ворота с красной звездой посередине, и тотчас острие шприца вонзилось в плечо Игоря. Он попытался что-то сказать, но не смог. Игорь почувствовал, как немеют руки и ноги и черный туман заволакивает сознание.

Очнувшись, Игорь прежде всего пошевелил ногами, проверяя, на месте ли взрыватели. Их не было. Он находился в полутемной комнате с бетонными стенами. Лежал прямо на полу, а рядом с ним стояло ведро, из которого несло свежими отходами человеческого организма.

С трудом поднявшись, Игорь повел плечами, повернул шею, поднял руки и осмотрелся. Находился он в тюремной камере с грубыми трехъярусными нарами.

В помещении было много людей. Одни лежали, другие сидели, а в дальнем углу, около окна, забранного решеткой, за столом сидела кучка парней и играла в карты. Зная, что по тюремным правилам положено представляться старшему камеры, Игорь подошел к играющим. Тут он заметил две свои пачки сигарет «Ява», стоявшие на кону.

– Мужики! Надо было хотя бы спросить сигареты. А то это беспредел! – просительно сказал он и сразу же вспомнил заповедь старого зэка из-под Алмалыка: «Не верь, не бойся, не проси». И как иллюстрация к данному изречению молодой, лет двадцати, парень со шрамом на лысой голове по-узбекски спросил:

– Ты что, наркоша, забыл, как мусульмане разговаривают? – слово «наркоша» он произнес по-русски, издевательски засмеялся и сильно толкнул Игоря.

Игорь упал на спину и увидел, что босая ступня обидчика выстрелила, целясь ему в лоб. Уйдя чуть в сторону, Игорь поймал большой палец ноги и скрутил его. От боли обидчик завыл.

– Тебе палец как, просто сломать или совсем оторвать? – встав на ноги, спокойным тоном спросил Игорь.

Увидев подкрадывавшегося справа худенького востроносого парня в зеленых трусах и с гвоздем в руке, он ударил парня ногой в грудь. Стукнувшись головой о стену, тот медленно сполз на пол возле двери.

– Ты, друг! Быстренько сигаретки мне передай. И зажигалку не забудь, – ласково сказал Игорь и ткнул пальцем в сидящего посредине комнаты и смотрящего на него восхищенным взглядом парня. Чувствуя, что надо ковать железо, пока оно горячо, приказал: – Налей стакан воды, – и кивнул на двухлитровую бутылку минеральной воды, стоявшую на столе.

Усевшись на нижнюю полку нар, он вылил на руки немного воды, сполоснул их и с удовольствием выпил оставшуюся в стакане воду, чувствуя приятное покалывание газированных пузырьков.

Но не успел Игорь обжить свое новое место, как зычный голос из коридора выкрикнул:

– Рядовой Сейджаков! На выход!

Группа у окна провожала его ненавидящими взглядами. Остальные продолжали заниматься своими делами: кто читал, кто негромко разговаривал друг с другом, кто иголкой подшивал белый воротничок… И тут Игоря осенило: он же не в тюрьме, а на гауптвахте, потому-то все в камере были в военной форме или нижнем белье зеленого цвета.

Спокойно, не торопясь, заложив руки за спину, Игорь шагал по длинному коридору, чувствуя за спиной присутствие конвойного с автоматом на изготовку.

После команды «Лицом к стене!» остановился около обычной деревянной двери с табличкой на русском языке «Дознаватель».

«В какое же дерьмо я влез!» – подумал Игорь. Зайдя в комнату, он сразу почувствовал антипатию к толстому, расплывшемуся на стуле человеку, который сразу начал на него кричать:

– Все твои друзья по роте признались! Пойдешь паровозом! Самое малое, если трибунал пойдет тебе навстречу, ты вместо расстрела получишь двадцать лет рудников! – И он расплылся в самодовольной улыбке.

Игорь опешил, тут же понял: что бы он ни говорил, никто ему не поверит. Воспользовавшись внешним сходством, на него повесили такое преступление, за которое расстреливают и в мирное время.

– Хозяин! Что можно сделать? – спросил Игорь, демонстрируя полную покорность и подавленность. Он хотел потянуть время и хоть что-то выяснить.

Он начал униженно кланяться, прижимая руку к сердцу, и тут обнаружил у себя на руке браслет. Лампочка на нем не горела. Одернув рукав, Игорь спрятал браслет и искательно взглянул на дознавателя.

Надо было спасаться, причем в темпе, иначе смерть. «Черному» не нужен лишний свидетель!

– Хозяин! Извините, не знаю вашего звания, но хотелось бы поговорить с прокурором республики об офицерском заговоре. Этим я, наверное, смогу немного улучшить свою участь? – от фонаря ляпнул Игорь.