— Мне очень жаль, что я не узнала тебя раньше, — она повернулась к лестнице.
— Рива, — голос Кроу звучал отчаянно, тревожно.
Плечи Ривы напряглись, и она медленно развернулась. То, каким взглядом она смотрела на Кроу, не было тем обожающим взглядом, которым она смотрела на Дороти, и ей захотелось забиться в угол, хотя гнев не был направлен на неё.
— Не смей больше со мной разговаривать, — гневно сказала Рива. — Не смей больше никогда говорить со мной. Это все твоя вина, и ты для меня ничто! — с этими словами, она развернулась и поспешила к лестнице.
Дороти непонимающе смотрела то на Тина, то на Озму, то на Кроу.
— Позволь мне поговорить с ней, — сказала Озма, изучая Кроу. — Я не верю, что это твоя вина, — затем она повернулась и босиком побежала вслед за Ривой.
— Кто она такая, черт возьми? — спросил явно сбитый с толку Тин.
— Её зовут Озма, она попала в ловушку вместе с Ривой, она истинный правитель Оз.
Тин нахмурился.
— Никогда о ней не слышал.
Ничего удивительного.
— Я рад, что ты в безопасности, — Кроу прочистил горло, — я проверю остальные комнаты, чтобы убедиться, что больше никого нет, — он быстро обнял Дороти. Его глаза затуманились, и она знала, что это не из-за неё.
Глава 25. Тин
Глинда была мертва, но ее магия все ещё присутствовала во дворце. Сияли цветы, а на кухне чудесным образом готовилась еда. А когда солнце начало садиться, зажглись свечи. Тин задумался над тем, было ли хоть что-то в этом дворце, что Глинда не заколдовала, особенно когда он стоял рядом с Дороти в ванной.
В воздухе плавали перламутровые пузырьки. Они кружились над ванной, в которой могло поместиться дюжина фейри, и испускали цветочные ароматы, когда лопались. Один угодил ему в нос. Он отмахнулся рукой, и теперь от его лица пахло нарциссами. Тин скривил губы.
— Ты должна попробовать это, — сказал Тин, вытирая ладонь о штаны.
Дороти, загипнотизированная пузырьками, лопала их пальцами.
— Почему бы тебе не пойти первым?
Тин положил топор на пол и схватил Дороти, перекинув через плечо. Она ахнула, ухватившись за его рубашку, когда он вошёл в воду по пояс. Смех Дороти разнесся по комнате. Тин издал низкий смешок и поставил Дороти перед собой, её тело скользнуло по нему.
— Ты должен это снять, — Дороти брызнула на рубашку Тина.
Тин повиновался и, стянув мокрую ткань, двинулся на Дороти.
— И ты тоже, — игриво сказал он, протягивая руки к её комбинезону.
Карие глаза Дороти не открывались от его серебряных, пока она расстегивала рубашку и отбрасывала в сторону. Тин отступил на шаг, чтобы любоваться её телом, пока расправлялся под водой с завязками на штанах. Снять промокшую ткань нелегко, но ему было проще, чем Дороти.
Она нырнул под воду, чтобы стащить одежду и через мгновение появилась с волосами окруженными пузырями.
— Поможешь? — пробормотала она.
Тин рассмеялся и опустился в воду, чтобы помочь ей освободить ногу из комбинезона.
— Ну вот, теперь мы можем искупаться.
Дороти потянулась туда, где были разложены разнообразные масла и мыло, и принялась нюхать каждый. Тин терпеливо ждал и, когда она выбрала, выхватил мыло из её рук.
— Что ты делаешь?
— Мою тебя, — ответил он, словно это было очевидно. — Повернись.
Она медленно повернулась, не сводя с него взгляда, пока он растирал мыло между ладоней.
— Подними волосы.
Она подчинилась.
— Знаешь, я и сама могу помыться.
— Разве это будет также весело, дорогая? — Тин провел пальцами по её шее, намыливая кожу. Она тихонько стонала, когда его мозолистые руки гладили её по плечам и спине, по груди и животу. Её стоны зажгли в нем огонь желания. Он хотел её. Он постоянно хотел её, но сначала они должны смыть с себя ужасы этого дня.
Закончив, он нырнул под воду, стараясь избавиться от похотливых мыслей. Для этого у них достаточно времени, напоминал он себе снова и снова. Он быстро вымыл тело мыльной водой. Нужно немного подождать. Немного позже.
— Теперь ты, — сказала Дороти, когда он вынурнул.
Позже, Тин. Позже.
— Только волосы, — уступил он. Дороти открыла рот, но он заставил её замолчать, накрыв рот пальцем, и приподнял подбородок. Он хотел её, но также он хотел её заботы.
— Только волосы.
— Хорошо, — согласилась Дороти, закатив глаза.
Тин наклонился, чтобы она могла дотянуться до головы. Его глаза закрылись от удовольствия, когда пальчики Дороти втирали пену в волосы. Она обошла костяные кольца, удерживающие волосы, мягко массируя голову.