— Получи, урод, — прокричал Тин, со всей силы ударив гоблина кулаком в грудь.
Ещё оставалось около десяти врагов, но друзья уже стали уставать. Мак и Тин дышали особенно тяжело. Хотя ярость последнего была просто чудовищна. Он не уставал осыпать гоблинов отборными ругательствами. Неожиданно пресс атаки на него и Амахата резко снизился, и большинство врагов отчаянно бросились на Амадеу. Этот парень устал меньше всех, махал мечом уверенно и плодотворно, но к такой волне атаки был не готов. Два удара гоблинских мечей задели его плечо. Начала струиться кровь.
— Проклятье, — сквозь губы прошипел воин, но не переставал держать оборону.
— Помогите нам, — крикнул Мак Тину и Амахату.
— Они хотят лишить нас лучшего бойца, — крикнул маг лучнику и налетел на гоблинов. Тин чуть затормозил, но его рейд оказался более удачным, кольцо гоблинов разомкнулось.
— Как ты, Амадеу? — спросил лучник.
— Плохо.
Гоблины стали теснить отряд к самому краю поляны, ближе к деревьям.
— Может в лес уйдем, — предложил Тин.
— Ты, что упал, это же их стихия, — ответил Амадеу.
Неожиданно для всех Амахат ухватился за сук непонятного дерева и, подтянувшись, влез на него.
— Давайте сюда, — крикнул он всем, — здесь безопаснее, оно не обвалится.
— Ты прав, — сказал Мак и проделал тоже-самое.
— Лезь, а я прикрою, — крикнул лучник меченосцу, — я знаю тебе тяжелее… Быстрее…
Вскоре все оказались на ветке. При подъёме никто не пострадал. Гоблины столпились под деревом. Они стояли, сбившись в кучу, смотрели на бойцов, что-то выкрикивали на своем языке, но на дерево не лезли. «Неужели лазать не умеют, — подумал Тин». Он был напряжен до крайности, но решил наружу это не показывать.
Три гоблинских меча полетело в бойцов. Но один Амахат успел сблокировать, второй пролетел немного ниже бойцов, а третий чуть не продырявил тело Тина.
— Чего делать будем? — крикнул Мак.
— Тихо, подожди, — ответил маг и закрыл глаза. Казалось, что он призывал на помощь свои последние силы. В это время гоблины собирались запустить по ребятам ещё несколько мечей.
Вдруг огненные стрелы ударили по гоблинам. Лишь чудом спасся один воин. Увидев, что его отряда больше нет, он очень испугался и бросился бежать через поляну.
— Не дайте ему уйти! — закричал Тин.
Тогда Мак наудачу бросил в него свой меч. И он, к удивлению даже самого воина, вонзился точно в спину гоблина. Раненый пробежал ещё несколько метров, запнулся о какой-то камень и рухнул вниз лицом.
— Ух ты, я и не думал, что так попасть смогу! — обрадовано прокричал лекарь отряда.
— Поздравляю тебя с такой победой, — сказал лучник.
Но радоваться особенно долго у него времени не было. Амадеу был ранен. Его плечо сильно болело, Амахат боялся, как бы не была задета кость. Мак достал из своей сумки сборник рецептов. Постелил на землю белое полотенце и стал раскладывать те диковинные растения, что он собирал в лесу. Минут через пять была готова серо-зелёная кашица с ужасным запахом тухлого мяса. Лекарь наложил свою руку на чашу с зельем и тихо произнёс: «аум нахатус дис амбру албес». Затем бросил в чашу ещё несколько зелёных ягод и перемешал содержимое. Потом лекарь зачерпнул часть получившегося препарата и смазал рану Амадеу.
— Чувствуешь что-нибудь? — спросил Мак Амадеу, — только честно, без геройства. — Абсолютно ничего, боль как рукой сняло. Как будто и не было ничего.
— Отлично, теперь все мы убедились в своих способностях, можно продолжать путь, не боясь ничего.
— Вполне вероятно, что тебе придется проделывать такое прямо во время битвы, — сказал Амахат.
— Что будем делать дальше, каковы наши планы? — вступил в разговор довольный Амадеу.
— Уже вечер, скоро стемнеет, — сказал Мак.
— Опасно в темноте возвращаться по тропинке в страшный Зенем, — добавил Амахат.
— Это верно, — согласился Тин, — значит так, в город нельзя возвращаться, что нас ждет там, одному Богу известно. К тому же, Харель — предатель, значит и Са тоже. И поэтому мы с самого раннего утра, завтра, придем в Зенем, с Са надо разобраться. А сейчас надо отдохнуть, переночевать.