— О нет, — выкрикнул Тин, — да я сражаюсь как гоблин!
Голем со всей силы размахнулся и занес свою тяжелую руку над головой лучника. Казалось — все, парню пришел конец, ничто не может спасти его. Но тут Амадеу, опередив события, со всей силы стукнул «золотого красавца» по этой руке. Она полетела на землю, не задев Тина. Дальше в битве с этим големом было дело техники.
— Повезло мне опять, — сразу же после боя сказал Тин, — но раз Бог сохранил мне жизнь здесь, значит, мне дано победить Эрастила. Нам дано это сделать.
— Злобные эти големы, — говорил Амахат, — первый раз за время всех битв такое происходит, чтоб магия не действовала и руки ломались, — хотя и руки парня были вылечены, а магия была готова к новому бою, его голос звучал робко.
Отряд двинулся в Балиль. Оставшееся до ворот расстояние парни преодолели минут за пять. После Тин собирался быстро сбегать на разведку, оставив своих друзей у входа в город. Но этого не потребовалось, городские стражники сами впустили парней в город.
Как только ребята подошли к воротам города, они тут же открылись, точнее не сами ворота, а маленькая дверка в одной из створок. Затем показался взволнованный стражник. На удивление отряда, их сразу же впустили. И уже из нутрии парни увидели, как на дверь опустился тяжёлый деревянный засов.
— Чтоб не терять времени, идите сразу в городской кунп — управление городом, — сказал один из стражников, — и найдите там старосту Асифа. Он устроит вам всё пребывание тут.
— Идём, раз даже стражники нас сами приглашают сюда, — сказал Мак, — этот город мне уже нравится намного больше двух предыдущих.
Парни с легкой душой преодолели городскую границу.
— Смотри! — вдруг закричал Амадеу, — как близки уже горы!
Друзья посмотрели наверх. Белоснежные величественные горы предстали перед глазами. Огромные снежные настилы покрывали вершины, которые упирались в лёгкие кучевые облака.
— Мощно, — сказал Тин.
Между тем, уже начало смеркаться. И стоять на одном месте было просто бессмысленно, поэтому путники сразу же решили пойти в городской кунп. Но найти его было не очень-то просто, ведь Балиль даже визуально казался в несколько раз крупнее Амера. К тому же улицы в городе были достаточно узкими, а дома, видимо, собственные для каждой семьи: небольшие деревянные постройки с одним входом и маленькими окошками, кривые и разваливающие. Пока друзья рассматривали местную архитектуру, Амадеу заметил нескольких молодых людей — парней, лет пятнадцати, бодро шагающих из центра города по направлению к крепостным стенам.
— Друзья, — окликнул их меченосец, — не подскажите как дойти до здания городского кунпа?
Ребята оглядели бойцов с головы до ног. На их серых лицах быстро проявился восторг и удивление.
— Освободители! — закричали они, — столько ждали вас. Мы так рады, что скоро тирании Эрастила наступит конец, и мы заживем полной радостей жизнью!
Друзья даже немного смутились от столь радушного приема.
— Сейчас мы отведем вас. Пошли, — сказали они, замечая смущение бойцов, — это для нас не проблема. Хоть у нас город и меньше Атуали, всего пятнадцать тысяч населения, мы, тем не менее, являемся важным центром на пути в столицу.
— А в городе только люди живут? — поинтересовался Амадеу.
— Да, другие расы в основном проживают на западе.
— А что это за поле пересекает Атуальский тракт у Балиля? — спросил парней Мак.
— Это место для Великих судов. Если два человека, два отряда или, там, еще кто-нибудь не поделят чего-нибудь, а простым судом определить кто прав, а кто виноват невозможно, то определяют правоту на этом поле. Кто победит в честном бою, тот и прав. Вот так.
— Ух ты, — сказал Тин, — мы победили часть войск Эрастила на этом поле, значит мы правы.
— Никто в этом не сомневается, — ответили балильцы.
А между тем «ветхий квартал» закончился, уступив место более привычному, «калумскому», только с каменными строениями. Путь стал проще и интереснее. Отряд уже шел не по узеньким разбитым улочкам, а по широкой прямой магистрали.
— Это улица Тура, последнего нормального императора страны, — главная улица города, — объясняли проводники, — она идет от северных ворот до южных бедняцких кварталов. На ней находятся все главные городские здания.
— А бедняки у вас не восстают? — спросил Тин.
— Нет, против Асифа они не восстают. Но Эрастила ненавидят. Дело в том, что все они были воинами Тура, воевавшими против тирана. И поэтому Эрастил отобрал у них почти все средства к существованию.