— Спасибо Вам, Арно, — сказал Амахат, — спасибо за предупреждение. Мы победим!
— Конечно победите, друзья, — продолжил Арно, — вы сюда за этим и были посланы. Мы ждали вас, ждали, когда пророчество наших монахов сбудется, и вы принесёте мир стране Хувентуд. Удачи вам в борьбе за справедливость.
— Надо будет побеседовать с этими монахами-предсказателями, — подумал Тин.
Путники поблагодарили Арно и Колину за оказанную помощь и на прощание пожелали счастья им и всему населению Балиля.
— Величайший человек, — сказал Асиф, когда отряд вышел из дома, — он спокойно мог бы быть на моем месте, если б не его слепота. Я постоянно хожу к нему за советом, — староста рассказал парням о сложностях своей работы.
Асиф сначала повел друзей по улице Тура ближе к северным воротам. Балильцы постоянно останавливали его, здоровались, интересовались состоянием его дел. Отряд не дошел до северного выхода из Балиля всего пару улиц. Асиф повернул его налево. По этой небольшой улице, которая имела весьма радостное название Счастливая, отряд прошел всего несколько домов. Потом Асиф остановился.
— Я извиняюсь за неудобство, — заговорил он, — но в дом к Серпентуму должен, кроме меня, пойти только Мак. Понимаете ли, Серпентум такой человек, что любит полное одиночество. Много гостей — это плохо для него. Так что, пожалуйста, подождите нас здесь, все это ожидание не составит больше пятнадцати минут.
— Конечно, — ответил Амадеу, — мы подождем.
Асиф и Мак зашли в дом, украшенный разнообразными цветками. Они закрывали окна в дом, так что разглядеть, то, что происходит внутри него, было невозможно.
— Наверное, Серпентум — тоже лекарь, он обучит Мака новым, более совершенным способам исцеления раненых, — предположил Тин.
Взгляд бойцов постепенно перевелся на горы, находящиеся совсем близко.
— За ними — вся наша победа, да и вообще вся суть нашего похода, — сказал Амахат.
— Похода против Императора Лжи и его империи, — с пафосом добавил Тин.
— Ну, как? — сразу кинулся с расспросами меченосец.
— Как? — ответил Мак, — нормально. Дом тёмный, заставлен всякой рухлядью, кругом ветки сухие разложены, банки стоят… Интересный персонаж — этот Серпентум. Даже не поздоровался, открыл книгу какую-то, пыли сразу налетело, еле сдержался, чтобы не чихнуть. Читал заклинания. Мне дал их запомнить, вот чудо — они у меня отложились в голове, будто я всю жизнь только этим и занимаюсь. Отдал пару растений сухих — ну там, если голова болит или уснуть не можешь, — Мак улыбнулся, — шутка. Ещё с собой книгу дал. Почитаешь, говорит в дороге. Когда там читать? Ну да, ладно. Чувствую в себе новые силы.
— А как тебе сам Серпентум? — спросил Тин.
— Жесткий дядя, — ответил Мак, — болтовню не любит, шум тоже, служил лекарем в войске Тура. Говорит многих бойцов от гибели спас.
Асиф повел отряд дальше, к ещё одному руководителю сопротивления — Эйлу.
— Он вам много чего интересного расскажет, — пообещал староста Балиля, — он человек молодой, всего двадцать пять лет ему, и при этом очень умный, один из виднейших ученых Хувентуда, большой ум.
Путь к дому Эйла не оказался простым. Асиф объяснил это тем, что ученый предпочитает работать в уединении, чтоб никакой шум не отвлекал его от исследований. Но если он кому-то становится очень нужен, за ним приходят, и он готов помочь людям всеми средствами. Сначала путники шли по Счастливой улице и, лишь дойдя до ее конца, повернули направо и прошли несколько десятков метров по небольшому переулочку. Потом вновь повернули направо и по улице со странным названием Таймлайн дошли прямо до городской стены. Там, на небольшой площади, ребята увидели три интересных постройки.
— Это наша несчастная фабрика големов, — указал Асиф на огороженное забором с острыми копьями невзрачное здание с двумя трубами, — здесь мы потеряли почти все свое золото. Это, — Асиф показал на высокую постройку с синим куполом, венчаемым треугольником белого цвета, — Храм Великого Духа Хувентуда — Нашего Бога.