– Эйнштейну приписывают слова: «Если технологии будут развиваться такими темпами, мы в скором времени получим поколение идиотов». Тебя не пугает, что у нас вырастает странная «играющая», мало чем интересующаяся молодежь?
– Меня больше беспокоят те, которые с портретами Ленина или Сталина выходят на улицы городов. Они серьезно относятся к себе и своим действиям? Китайская мудрость еще двадцать пять веков назад утверждала, что «…пусть глупые начнут проклинать свою родину, тогда мы войдем в открытые ворота».
– …Надо признать: работаем мы хуже, чем на Западе. И только жалуемся: обманули, недодали, обсчитали. Разгильдяйство у нас от того, что люди занимаются нелюбимым делом, не нашли себя в жизни. Надо четко понимать, что человек может к чему-то быть неспособен. Я знала одну женщину, которая безумно любила петь, но голос у нее был препротивный. Все над нею смеялись, а она все равно выходила на сцену. А иногда, где-то глубоко в подкорке человек чувствует, что это не его, что он не получает удовольствие от работы, но не хочет себе в этом признаться. И в том, что глубоко несчастен, винит кого угодно, только не себя. Я приветствую только работу, сделанную с удовольствием и вдохновением, – провозгласила Инна.
– Воспитывать надо правильно, тогда к любому делу люди будут относиться ответственно. Нужно помогать человеку найти себя, – сказала Аня свое веское слово педагога.
– Плохо работаем? Я категорично заявляю: у нас такой психотип. Наших людей испортило оглушительное многовековое бесправие и власть оголтелых начальников, в чьем ведении была наша страна, – сказала Инна. (Заводит подруг?)
– Любое заявление поверхностно. Так уж и многовековое. Удручающее невежество. Начала за здравие, кончила за упокой. У нас не было рабства, – напомнила Жанна.
– А крепостное право? Что, в десятку?
– Ищем себе оправдание? Пришло осознание? Отличный ход. С большой долей вероятности могу утверждать: главная причина – платят мало. Разумней одному хорошему работнику платить хотя бы вдвое больше, – высказала свое мнение Жанна.
– Чего захотела! Вдвое! Найди таких дураков. Почту за честь преклонить пред ними свою седую голову, – рассмеялась Инна.
– Они скорее у нас оттяпают, – согласно кивнула Аня. – Как и прежде у нас на ремонтах дорог один-два работают, остальные курят или видимость деятельности создают. Им бы как старикам в деревне на завалинке сидеть, да чтобы денежки сами в карман капали. Откровенно плохо работают. Шустры и пронырливы только если дело касается выпивки. Таким где бы ни работать, лишь бы не работать. Проходит год-другой и снова беремся за ремонт тех же дорог. Плиткой выложили тротуары, а через пару лет она раскрошилась.
– Так это по причине воровства материалов, – сказала Инна.
– А в озвученном мной сюжете – воровство начальниками еще и денег, выделенных бюджетом на зарплату рабочим. Какой стимул, такое и качество производимых работ, – дополнила Аня свою мысль.
– Поправь нервишки. Ты осмелилась… из подворотни критиковать новый только зарождающийся строй! Ишь ты-глядишь ты, губу она раскатала! – рассмеялась Инна.
– Капитализм нас исправит, – предположила Жанна.
– «Все будет хорошо. Все кончится печально». Размечталась. В магазинах если за прилавком не сама хозяйка, как и раньше продавцы невнимательны. На государство работали из-под палки и теперь филонят. Без надсмотрщика не особо разгоняются, все больше шаляй-валяй, – не согласилась Инна.
– Наш дом в центре города, так его фасад раньше каждый год ко дню Победы «подмалевывали», потому что штукатурка осыпалась. И теперь продолжают. А я девчонкой пятьдесят лет назад оштукатурила омшаник, так он до сих пор стоит как пасхальное яичко – ни одной трещины! Потому что технологию соблюдала. Деревенская закалка и привычка работать на совесть сослужили мне хорошую службу и в моей дальнейшей жизни, – сказала Лена. – Я в этом году сказала рабочим, что нельзя на сухую поверхность раствор класть, так они меня грубо «наладили». Получается им выгодно плохо работать?
– Я уже не реагирую на привычные нелепости нашей жизни. Инна, что смотришь на меня как кошка на мышь? Я не права? Один с сошкой – семеро с ложкой. Та же поговорка только смысл немного иной. Как и раньше честные труженики своих лодырей-собратьев кормят. И степень коллективной безответственности за работу по-прежнему велика. Сходи на стройку. Только что построенные дома дают трещины. Но я вижу основную причину не в нерадивости народа, а в бесталанности руководителей и в том, что воровать стали пуще прежнего. Был у меня знакомый. Помню, обвел веселым взглядом лабораторию и сказал: «Пора менять место работы. Здесь больше нечего украсть». И ушел на мясокомбинат. И такого ты надеешься исправить? – спросила Жанну Аня.