– Срубили бабки – и ходу за границу, – повторилась Аня.
– Только прибыль, господа хорошие, образуется не только за счет эксплуатации и обмана трудящихся, но и путем развития новых технологий, использования самого современного оборудования.
– Нам нужна культура мышления. Но достойных учителей мало. Да и тех притесняет руководство, – напомнила Аня. – Если мы не будем развивать фундаментальную науку, у нас не будет людей, способных разобраться даже в том, что откроют ученые в других странах. И мы опустимся до уровня стран Африки.
– Какая «заманчивая» перспектива! Развитие технологий и робототехники приведет к безработице. В семьях будет работать один человек. И женщины естественным образом полностью вернутся к своей святой обязанности – воспитанию детей. Организуем их триумфальное возвращение? Может, и правда, благополучие семей держится на неработающих женщинах? – рассмеялась Инна и добавила серьезно:
– Аня, отрекись от устаревших понятий о «черном» континенте. Африка уже не та, какой была пятьдесят лет назад. Там много крупных современных городов. Быстрыми темпами развивается промышленность. Не забывай, она – кладезь полезных ископаемых, добываемых с поверхности. Нельзя нам там сдавать свои позиции, заработанные при Союзе. Китайцы и американцы уже теснят нас.
*
– …Кстати, вернемся к вопросу о честности. Мне вспомнился нашумевший в свое время случай. В Эрмитаже до революции пожар случился. Загорелась брильянтовая комната, где хранились все драгоценности царицы. Целые сутки богатство внасыпь лежало у подножья Александрийского столпа. Солдаты тушили огонь, посторонние люди рядом ходили. Но инвентаризация показала, что ни одна вещица из коллекции не пропала, – доложила подругам Инна.
– Теперь под пулеметным обстрелом всё размели бы и растащили по темным углам. Помню, до перестройки дело было. Забыл мой муж лыжи около дома, так ему чужие люди их принесли. А недавно он удочки на минуту оставил около квартиры. И… их «Минькой звали». И что самое обидное, старушки на рынке стали обманывать. Не ожидала я такого от людей нашего поколения.
– Общество потребления навязывает свою идеологию, а ты призываешь любить, понимать людей, сопереживать им... Теперь идет гонка наживы. Любой бизнес – обман и эксплуатация людей. Это закон, – безжалостно обосновала Жаннину жалобу Инна.
– Только уровень эксплуатации бывает разный, – заметила Аня. – Некоторые такие дела проворачивают!
– Везет же некоторым. Не прозябают в безвестности, – со смехом вклинилась Инна.
– У нас на заводе зарплаты рабочих возросли только за счет выведения за стены предприятия второстепенных служб, которые теперь с носом остались, в тревожном недоумении, – сообщила Аня.
– Уборщица на заводе получала в десять раз больше, чем в институте. Разве это справедливо? А если секретарша в горсовете получает зарплату на уровне кандидата наук, как ты на это смотришь? – Жанна замерла в ожидании ответа. Но его не последовало.
Бывает ли пресыщение богатством или влечение к нему не знает пределов? – спросила подруг Аня.
– Я видела по телеку список миллиардеров и цифры их накоплений. Скольких же простых людей надо было «надрать», чтобы получить такие деньги! У них, наверное, только черта лысого нет. Зажрались… Бедная наша страна! Беспредел во всем, – вяло пробормотала Жанна.
– Это не чистые деньги, в основном стоимость материальной базы заводов и предприятий, – осторожно проникла в разговор Лена. Но не была услышана подругами.
– По свидетельству журналистов, прессы…
Жанна перебила Инну, бросив ей в лицо:
– О народе не думают. А при социализме для людей старались. Конечно, не все получалось. Но мы искренне верили...
– У времени были в плену. И по-прежнему мы не свободны от самих себя, от своей какой-то внутренней разобщенности, раздвоенности.
– Прошлая жизнь, как старые ботинки. Они уже не годятся для носки, тесны, их надо менять, к ним больше не стоит возвращаться, а мы всё втискиваем в них себя, втискиваем… – тихо заметила Лена в поддержку Инне.
– Нас к прежней жизни тянет, потому что мы не чувствовали давления власти. Мы от нее были слишком далеко. Трудности воспринимали как временные, преодолимые и не роптали! – вспылила Жанна.
– Схватилась за голову! Забыла, как приступом брала прилавки магазинов?
– А теперь дуреем от обилия импортных товаров, а денег нет. Это хуже. В школе на уроках истории нам рассказывали, что на Западе стоят пустые шикарные дома, но люди их не заселяют по причине бедности. А теперь и у нас такое же творится.