— Протест, — вмешался Шон ван Берри. — Вы что, хотите, чтобы моя клиентка сама выносила себе обвинения?
— Нет, я хотел бы услышать ее честное мнение.
— Вы можете не отвечать, Тина.
— Я отвечу, Шон. Я не считаю, что наш разговор мог повлиять на его решение. Вообще не понимаю, почему и как такой человек, как Марсель, сделал подобную глупость.
— Странно. Конечно, ваш опыт Вард-Хирургии не такой большой…
Тина подумала внутри блоков, какое счастье, что следователь не знает о ее настоящем опыте!
— Тем не менее, — продолжал следователь, — вы не могли не заметить реакции Марселя, если после вашего разговора у него была психотравма!
— Мой опыт может быть и небольшой. Но для психотравмы должна быть другая причина. До этого разговора, мы долго не встречались с Марселем. И у него не могло быть никаких иллюзий по поводу наших отношений. Как известно, ожидаемое событие не может вызвать таких серьезных последствий.
— Но, вы не можете отрицать, что ваш разговор не отличался корректностью?
— А откуда вам известно о нашем разговоре? Я не думаю, чтобы он записывался?
— Вы используете результаты зондирования психики Марселя Дени? — уточнил Шон ван Берри.
— Да. У Марселя была психотравма. И существует запись психозондирования.
— И что? — тихо спросила Тина. — Врач считает, что наш разговор мог так повлиять?
— Я хочу узнать, есть ли официальное заключение психо-хирургов, что могли возникнуть такие серьезные последствия? — снова вмешался Шон ван Берри.
— Такого заключения у следствия нет.
— Тогда на каком основании может идти речь о принуждении к самоубийству? — спросил Шон ван Берри.
— На основании того, что у Марселя Дени, по всей видимости, существовала психическая зависимость от Тины ван Гейл. Что делает возможным самоубийство в результате их разговора. Особенно, если вы, — следователь кивнул в сторону Тины, — об этом знали, — он посмотрел на ее помертвевшее лицо.
— Я не знала, — быстро ответила Тина. — Шон. Позови Лиона. Быстро.
Следователь в изумлении смотрел на вскочившего адвоката, пытаясь понять, зачем нужен ребенок, когда, скорее всего, нужно было вызвать врача? А еще через секунду он вздрогнул, потому что кто-то положил руку ему на плечо.
— Расследование закончено, — невозмутимо сказал Дин ван Лейн, возглавлявший сейчас Службу Безопасности Земли.
— На каком основании? — следователь терпеть не мог, когда люди возникали из пустоты и в самое неподходящее время.
— Дело о самоубийстве Марселя Дени передано на рассмотрение Суда Совета Вардов, — мысленно улыбнувшись, сказал Дин ван Лейн.
— Замечательно! — криво усмехнулся следователь. — Будут рассматривать сами себя!
— Марсель Дени не был членом Совета Вардов, — возразил Дин.
— Зато был экспертом Суда. Кто принял решение о переводе дела?
— Советник Аолла ван Вандерлит. Вы можете оспорить ее решение, когда Линган сможет снова исполнять свои обязанности.
— Ну, это понятно! — следователь поднялся и быстро вышел.
Дин медленно опустился в кресло.
— Можете расслабиться, Тина. И если Стайн закажет мне что-нибудь поесть, будет просто замечательно! Я почти сутки не ел.
— Дин, так вы назначены расследовать наше дело? — спросил Шон ван Берри, прикидывая, что из этого следует.
— Я. Но вам нечего бояться. Совет Вардов это дело замнет. Я просмотрел, на самом деле нет никаких оснований для обвинения.
— Этот следователь не остановится.
— Не важно. У него не на что опереться.
— Кто делал зондаж Марселю? — спросила Тина.
— Ваш старый знакомый, Грегор ван Раи.
— Он не скажет ничего, что может мне повредить, — обрадовано сказала Тина.
— Да он и не может ничего сказать. Он не проводил детального обследования, поэтому доказать зависимость невозможно. А раз так, то и вашу причастность к смерти Марселя доказать невозможно. Конечно, будь Марсель жив, у вас бы могли возникнуть проблемы. Но, поскольку дополнительное обследование провести невозможно…
— То и для предъявления обвинения нет оснований, — закончил Шон ван Берри.