— Скажи, а сейчас ты как считаешь, ты поступала правильно?
— У меня не было выхода. Она сама виновата, зачем было сначала соглашаться, а потом отказываться?
— Хуан Ши, значит, ты не считаешь себя виноватой?
— Ну, я не знаю. Что вы будете со мной делать? Я здесь почти четыре месяца, меня совсем измучили?
— Приговор — уничтожение личности.
— Что это значит? — девочка подняла на Тину испуганные глаза.
— Зачем вы ей это сказали, Тина, — вмешался мысленно Грегор ван Раи. — Она же совсем ребенок!
— Уничтожение личности означает, что ты умрешь, — невозмутимо продолжала Тина.
— Я, я, — глаза девочки совсем почернели от страха. — Я не виновата, это брат…
— Сначала я хочу повторить глубокий зондаж. Ланс, кладите ее под купол.
— Подождите, Тина, — снова вмешался Грегор ван Раи. — Ей уже делали глубокий зондаж. Вы прекрасно знаете, какая это ужасная процедура. Она и в первый раз просила нас убить ее.
— Это мое дело. И я буду делать так, как считаю нужным. И еще. Мне бы не хотелось обострять с вами отношения, Грегор, но я бы попросила вас соблюдать субординацию. Иначе мы будем общаться с помощью приказов. А насчет моего характера, правильно вы подумали, у меня всегда был мерзкий, отвратительный, упрямый характер.
Тина ждала пока Ланс, один из Вардов-врачей, уложит девочку на операционный стол. Хуан Ши безудержно плакала, но не пыталась сопротивляться.
Когда ее привезли сюда, она была очень уверена в себе. Их банду взяли сразу, восемнадцать человек. Было еще несколько убийств, о которых Хуан Ши не знала. Из-за этой серии убийств и вызвали из Аль-Ришада телепата, специалиста по расследованиям такого рода дел. Через четыре дня банда в полном составе была арестована. Совершеннолетних судили в соответствии с законами Китая, детей следователь забрал с собой. У него просто не было времени заниматься их психикой.
Клиника-тюрьма не показалась Хуан Ши страшной. Шикарные комнаты, она и близко не имела ничего подобного дома. Только дети удивили ее. Они почти не общались друг с другом, хотя языкового барьера не было. Все носили на груди портативные переводчики. Первую неделю Хуан Ши никто не трогал. Она купалась в бассейне, отдыхала, ела и пыталась выяснить, что с ней собираются делать. Иногда из их палаты забирали ребенка, и привозили через несколько часов на носилках и обычно без сознания. Когда дети приходили в себя, то только плакали, никогда не рассказывая о том, что с ними делали. Это очень беспокоило Хуан Ши.
Когда за ней первый раз пришел врач, она только глядела на его красивое лицо и форму. Он назвал ее имя, она поднялась, и подумала, что с таким клиентом готова была бы на что угодно. Ей показалось, словно после этой мысли мужчина слегка нахмурился. Он привел ее в операционный зал и приказал раздеться. Хуан Ши раздевалась, а врач спокойно смотрел на нее. Было в его взгляде что-то такое, что заставило ее смутиться, словно он мог смотреть не только на ее обнаженное тело, а и в самую душу.
— Меня зовут Ланс ван Гереро. Я буду, — он словно запнулся, — лечить тебя.
Он спокойно привязывал ее к операционному столу. Хуан Ши хотела спросить, что он будет делать с ней, но вспомнила, что врач вряд ли понимает по-китайски, а прибор-переводчик она уже сняла.
Врач вышел и начался настоящий кошмар. Она видела во всех деталях совершенное преступление и то, что вовсе не казалось ей преступлением. Очень медленно в мозгу возникали воспоминания, которые она так долго стремилась забыть, а потом все изменилось. «Перевертыш», врач использовал один из методов возможного лечения, создав в ее мозгу псевдореальность. И теперь она — Хуан Ши была жертвой, это ее насиловали и убивали, это она кричала и просила отпустить и не мучить. Потом все кончилось. Она снова была сама собой и вспоминала, как истязала девушку. Так менялось несколько раз. Только потом Хуан Ши вспомнила, что во время этого кричала, кричала так сильно, что сорвала голос.
Когда врач развязывал ее, она обнаружила, что теперь его красивое лицо вызывало безотчетный страх.
— Ну что, теперь не хочешь заняться со мной сексом? — он усмехнулся.
— Как вы узнали?
— Ты еще очень маленькая, Хуан Ши. Я умею читать мысли. Ты слышала, что бывают такие люди?
— Да, — ей стало страшно. — Простите, — она добавила совсем тихо.
После этого раза ею занимались регулярно. Очень скоро один вид формы Варда начал вызывать у нее страх, и еще она никак не могла понять, чего хотят от нее врачи, зачем бесконечно заставляют вспоминать об убийстве и испытывать боль своей жертвы.