— Гильдия Убийц? — вмешался я, хотя забавно было наблюдать со стороны, как они меня обсуждают — ты имеешь в виду кивегзо, тех, что отец Адель послал за нами?
Илура резко повернула голову, при моих словах, и выражение её лица сменилось гневом.
— Конечно, этот хнычущий ублюдок попёрся в Гильдию. Он, вероятно, послал людей за Селдаром, покарать его за то, что он не вернул Адель домой своевременно.
— Ты можешь попросить его остановиться? — спросил я. — Раздражает, приходится убивать всех людей, которых он посылает за мной.
Илура глубоко вздохнула и покачала головой.
— Если я попрошу его об этом, он начнёт задаваться вопросом: какой у меня в этом интерес? Это подстегнёт его к охоте на вас. И я не могу просто прикончить его, так как он завоевал благосклонность моего отца.
— Ну нет, так нет, — покладисто согласился я, опускаясь на своё место.
Я и вправду полагал, что Илура сможет раз и навсегда разобраться с графом Мэлбаром. Меня уже тошнило от постоянных попыток высокомерного аристократа прикончить меня.
— Возвращаясь к теме разговора, — сказала Адель, — вы так и не ответили, чем Тинар может помочь. Хотя он довольно высоко продвинулся для своего возраста, далеко не всемогущ.
— Так я и не говорила, что это произойдёт за одну ночь, — ответила Илура. — Свержение власти требует большой и кропотливой работы. На приготовления у меня уйдет, по крайней мере, полгода. К тому времени, Тинар станет намного сильнее, и будет в состоянии сделать многое.
Адель сложила руки на груди и посмотрела на властительницу.
— И как ты предполагаешь, что он станет достаточно могущественным, чтобы представлять реальную угрозу для всего клана всего за шесть месяцев? Ему потребовалось почти столько же времени, чтобы добраться туда, где он сейчас, и стоимость увеличения ранга будет продолжать расти.
— Это очень просто. Я обеспечу его всеми кристаллами, в которых он нуждается. Не могу же я допустить, чтобы мой будущий муж не смог защитить себя.
— И что мы будем делать, пока вы планируете этот переворот? Будете ли вы держать нас здесь в качестве ваших гостей до тех пор? — спросила она, делая большой акцент на слове «гости».
— Нисколько. Дворец слишком опасное место для него. Как вы видели ранее, я могу переместить вас куда угодно. Просто назови место, и я отправлю тебя туда.
Адель прикусила нижнюю губу. Все шло совсем не так, как она себе представляла. У этой проклятой женщины припасён готовый ответ на каждый вопрос, который она ей задавала.
Я же в разговор до поры до времени не вмешивался. Думаю, у Адель достаточно смекалки понять, что под защитой Илуры у нас больше шансов выжить и противостоять её отцу, да и халявные кристаллы станут отличным подспорьем. А если припрёт, попросим её перенести нас куда-нибудь подальше и сбежим восвояси. Не впервой.
— Хорошо, — сказала Адель со вздохом, притворяясь смиренной.
— Превосходно! — сказала Илура, с улыбкой поворачиваясь ко мне, — похоже, твоя подруга одобряет сделку. Так что скажешь, милый Тинар? Ты возьмёшь меня в жёны?
Глава 7
Я моргнул, когда Илура наклонилась ко мне. Честно говоря, не расслышал, что она спросила, так как отвлёкся и размечтался, когда властительница сказала, что обеспечит меня всеми кристаллами, которые понадобятся. Я сидел и представлял себе какие удивительные навыки смогу получить, насколько сильным стану и как буду расправляться с врагами. И если моя догадка про менталиста верна, то я выбрал верную позицию.
— Чё ты сказала? — спросил я, глядя на улыбающуюся властительницу.
— Я спросила, женишься ли ты на мне? — повторила она, не переставая улыбаться ни на секунду.
— Нет, — ответил я.
Мне семнадцать лет, о каком браке она тут речь ведёт? Может ещё скажет, что детей от меня хочет? В голове, что-то неприятно кольнуло.
Илура выглядела одновременно удивлённой и обиженной моим ответом. Адель же наоборот — счастливой.
— Ты его слышала. Лучше отправь нас куда-нибудь и дело с концом, — сказала она, уже наполовину вставая со своего места.
Но отговорить Илуру было не так легко.
— Тинар, ты хоть знаешь, что такое брак?
— Да, люди женятся, чтобы иметь детей. Я не хочу детей, а если мы поженимся — мне придётся заботиться о них, — ответил я. — А если я умру, то не хочу чтобы в мире стало больше сирот.
Назвался дурачком — будь им до конца. Слюну что ли пустить?.. Хотя нет — это уж перебор, хуже только пукнуть будет. Да, чтож такое? Чего так голова-то болит? Какая-то мысль отчего это может быть свербела в сознании, но я никак не мог за неё ухватиться, она постоянно ускользала.