Адель сильно вздрогнула, когда ледяной порыв ветра рванул её волосы и одежду. Она подняла глаза и с удивлением увидела, что рубка дров окончена. Управился даже быстрее, чем предполагал.
— Как ты думаешь, всё это поместится в сумку? — спросил я, кивая на большую кучу бревен, щепок и маленьких веточек.
— Надеюсь, — ответила она, глядя в небо.
Казалось, что время здесь течёт иначе, чем на Исарии. Можно сказать, что сейчас ночь, но совсем не темно. Ночи здесь больше похожи на вечные сумерки.
Адель вытащила из-под пазухи кожаную сумку, перевесила её на ремень, и мы вместе начали складывать в неё поленья. Это заняло у нас добрых десять минут, после чего я откинулся назад, широко зевая и протирая глаза.
— Нужно найти место, где сможем отдохнуть ночью. Завтра утром отправимся к Вожаку и поднимемся на второй ярус.
Адель согласно кивнула. Отсюда до владений Вожака, по меньшей мере, несколько часов пути, а она слишком устала, чтобы проделать весь путь пешком. Но есть одна проблема, о которой я думал, а она озвучила, словно уловив мои мысли.
— Где мы найдём укрытие, и что предпримем, чтобы не замёрзнуть?
Несколько секунд я внимательно осматривал окрестности, прежде чем указал на большой, покрытый льдом валун примерно в полукилометре от нас.
— Мы можем повернуться к нему спиной. Я объясню остальное, как будем там. Если стоять слишком долго, то, скорее всего, замерзнем насмерть. Пойдём.
Адель только горестно вздохнула, но всё равно последовала за мной.
— Валун защитит нас от ветра, — говорил я, пока мы шли, — Ты используешь своё умение и построишь нам другие стены и потолок, потом расчистим площадку, где сможем развести огонь. Сама помнишь, что твои колья и копья не горят, потому риск сгореть заживо исключён.
Почувствовал, что настроение Адель немного улучшилось. Наверняка она понятия не имела, что я что-нибудь знаю о выживании.
— А что мы будем делать с едой? — спросила она, поднимая руку, чтобы защитить лицо от секущего ветра, — Вода — не проблема, но мы умрём с голоду, если не будем есть.
— Насколько знаю, здесь нет недостатка в животных.
Адель поморщилась.
— Никогда раньше не ела мяса зорнов и не думаю, что песец или росомаха особенно вкусны.
В ответ лишь пожал плечами, другого-то всё равно нет. Наконец мы добрались до огромного валуна, я начал топтать снег ногами, в то время как подруга возводила вокруг нас толстые стены из брёвен. Она позаботилась о том, чтобы оставить небольшое отверстие в потолке для воздуха и дыма, но оно стало единственным. И это, верно, не стоит рисковать, когда вокруг шастают зорны. Кроме того, если вспомнить слова Актара что те могут спускаться с верхних ярусов, здесь может бродить и кто-то покрупнее росомахи.
Как только перестал завывать ветер, в хижине стало заметно теплее, хотя было ещё слишком прохладно, чтобы сразу ложиться спать.
— Доставай дрова, разожжём костёр, — сказал я, дыша на руки и морщась.
Адель быстро последовала моим указаниям и вытащила из мешка два полена, несколько веток и кучку щепок. Сунув руку в карман, достал маленький кусочек кремня и всего через несколько минут в центре нашего укрытия весело потрескивал небольшой костёр.
— Что ты делаешь? — спросила Адель, когда я снял амуницию.
— Ты же понимаешь, что огонь не будет гореть всю ночь. Нам придётся прижаться друг к другу, чтобы согреться. Можешь оставить штаны, но рубашку тебе нужно снять. Она прошита металлом, а он будет тянуть из тела тепло.
Глаза Адель расширились, а щёки вмиг стали пунцовыми.
— Ни за что не сделаю этого! — воскликнула она, когда я положил куртку на землю возле костра.
— Адель, сейчас не время для споров и злости, — ответил как можно спокойнее, — знаю, что мы в трудном положении, но если ты хочешь выжить, тебе нужно сохранять хладнокровие.
Адель уставилась на меня.
— Ты правда думаешь что злюсь? В голову не пришло, что есть ещё одна причина, по которой не хочу раздеваться? Хотя кому я это рассказываю? Оголяться перед тобой, всё равно что перед несмышлёным ребёнком.
Подруга испустила долгий вздох, после чего начала стягивать одежду. Я занимался тем, что укладывал дрова в костёр, не обращая внимания на её слова. Адель любила поворчать, и я научился иногда не обращать внимания на то, что она говорит. Когда она говорила подобным тоном, переключался на то, что считал более важным в данный момент. Но из виду её не терял — надо быть начеку.