Адель хотела что-то сказать, но он жестом заставил её замолчать.
— По мере того, как вы достигаете высших рангов, разрыв в силе становится всё больше. Например, вы, возможно, смогли победить противника ранга восемь сами будучи в ранге третьем-четвёртом, но, если вы двадцать девятый вам значительно сложнее будет победить кого-то даже ранга на два выше вашего.
Девушка понимающе кивнула, заметив, что он предельно серьёзен. Она начала думать, что совершив прорыв в силе стала непобедимой, и единственное кому может проиграть это эпические и легендарные зорны, да и то первые — только если значительно выше её рангом. Но, если верить этому существу, её может одолеть любой, перешагнувший двадцать девятый ранг. И даже если она совершит переход, конкуренция и схватки станут гораздо жёстче.
— Так что же важнее? — спросила Адель, — рост рангов или развитие умений и атрибутов?
— Для него скорее развитие умений, а вот для тебя повышение в градации. Всё в мире должно быть в гармонии, кангеле не могут развивать свои способности достигнув определённого потолка, а вот санкари и велуры, даже будучи в пятидесятом ранге, могут продолжать развивать свои умения.
Позади неё раздался громкий вздох, и Адель повернулась на коленях, чтобы увидеть, что Тинар снова дышит, делая огромные глотки воздуха, а чёрные прожилки медленно отступают от его лица. Широкая улыбка озарила её лицо, когда она увидела, как поднимается и опускается его грудь, и поняла, что это только вопрос времени, когда он проснётся.
— И последнее, прежде чем я уйду.
Адель повернула голову и увидела, что старец уже исчезает из окружающего мира.
— Всё же напомни ему, что наравне со способностями, ему следует совершить переход, прежде чем впутается в то, что ждёт вас в столице. Вы оба должны стать сильными для того, что будет дальше.
Прежде чем Адель успела спросить его, что это за загадочная история, старец исчез, оставив её наедине с медленно шевелящимся Тинаром.
Глава 11
Сознание начало словно сшиваться обратно из непроглядной пустоты жгучей боли и агонии. Первое, что почувствовал, вновь осознав окружающий мир: отвратительный вкус во рту и неистовую жажда. Попытавшись открыть глаза обнаружил, что они закрыты коркой. Попробовал шевельнуть рукой, чтобы счистить её, как ощутил, что кто-то держит меня.
— Старец сказал: не двигаться, — послышался голос Адель.
Открыл рот, чтобы ответить, но не смог вымолвить ни слова из-за пересохшего горла. Наконец скопив чуточку влаги, смог вытолкнуть из себя лишь одно слово:
— Воды.
Почувствовал, как Адель с нежностью положила мою голову на колени, а потом прижала к губам горлышко фляги. Я жадно пил, делая огромные глотки, пока подруга говорила:
— Он сказал, что ты захочешь утолить жажду по пробуждении.
Затем она поведала всё, что произошло, и предупредила, чтобы не двигался в течение нескольких часов.
Почувствовал, как холодная ткань начала промокать глаза, и через несколько мгновений наконец смог открыть их. В поле зрения появилось лицо Адель, выглядящее одновременно сердитым и обрадованным.
Полностью осушил баклажку меньше чем за минуту, а потом — ещё одну. Только допивая половину третьей, понял, что жажда утолена, и, отвернув голову в сторону, дал понять, что напился.
Адель слегка поморщилась, оттого что я ударился об её колено и немного воды пролилось, но фляжку убрала, тщательно завинтив пробку.
— Тебе же сказали, не двигаться, Тинар, — упрекнула меня, потирая ушибленное место.
— Да ладно, не притворяйся, вряд ли так больно, — едва толкнул ведь.
— И всё равно было больно. Мне показалось, что ударил со всей силы. Старец сказал, что первые часы контроль над силой и энергией будет весьма шатким. Так что лежи смирно и лучше проведи время с пользой: обуздай энергию, вникни в вару изучай себя, поскольку всё, что он сказал звучало загадочной белибердой.
— Да, видимо, ему нравится так изъясняться.
Раздражение Адель мгновенно исчезло, и она улыбнулась в ответ, сжимая мою руку.
— Просто рада видеть живым. Ты напугал меня.