Ох ему бы следовало имено свою повелительницу и винить, а не меня. Это она вынудила меня. Но вслух я этого не сказал. Вместо этого молча заняв боевую стойку.
— Признаю, мне будет приятно ломать тебя, но и без толку этого делать я не намерен. Состязание состоит из трёх частей. Первые две каждый раз разные, а финал един — битва среди фаворитов.
— А мне говорили, что выигрывает, кто набрал больше очков.
— Так и есть. Даже есть специальные призы, на основе нескольких факторов. Как долго останешься в бою, сколько урона нанесёшь и выдержишь, сколько противников победишь. И да, в случае смерти, ты выбываешь, что в твоём случае наверняка наступит ещё в первом раунде. И тогда я займу твоё место.
Лицо Ойке посуровело.
— Посмотрим, каков ты на деле. Правила боя просты: если противник не сможет сражаться — победа. Использование любых навыков запрещено. А теперь приступим!
Я пожал плечами, затем выровнял дыхание, сосредоточившись на сопернике мастер держал руки поднятыми и слегка балансировал на носках. Он был настороже, но думаю смогу удивить его, поначалу сломив напором.
С этой мыслью ринулся вперёд, нанося мощный удар ему в голову. Если он столь же крут как утверждает, то выживет, а нет, то лекарь откачает. В мгновение ока сократил расстояние между нами, и размахнулся с достаточной силой, чтобы раздавить валун в щебень, однако промахнулся. Ойке откинулся назад, отчего я немного провалился, а затем нанёс мне сокрушительный удар по рёбрам коленом. Еле успел избежать последующего удара, нацеленного в челюсть.
Мастер не дал и мига передышки, сблизившись и осыпая шквалом ударов руками, локтями и ногами последовал за ним, вынуждая меня защищаться, отчаянно пытаясь блокировать их или отвести в сторону. Дыхание удавалось держать в едином ритме, заглушая боль, но кости всё равно поскрипывали.
Отскочив от очередного удара, преодолел расстояние в несколько метров, затем снова бросился вперёд, на этот раз целясь в одно из его колен. Нога Ойке взметнулась вверх, блокируя атаку голенью, затем он сам сместился, подсекая мои ноги, но это оказалось обманкой, кулак Ойке врезался в живот, выбивая из меня дух.
Отшатнувшись назад, попытался восстановить дыхание, но не успел, что-то молниеносно ударило по голове, и перед глазами заплясали звезды. Рухнул на землю, затем почувствовал удар по сломанным ребрам, заставивший меня крутануться в воздухе.
Крик полный ярости и боли вырвался из меня стоило с силой удариться о землю и катиться, пока не столкнулся с валуном. Не в силах подняться, я выплюнул кровь и попробовал очистить глаза от песка.
— И это всё, на что ты способен? Жалкое зрелище.
Отряхнувшись, взглянул на мастера, что с презрением смотрел на меня сверху вниз. Поморщившись, заставил себя подняться на ноги, наконец-то сумев сделать достаточно глубокий вдох, чтобы средоточие заработало. Сплюнув в сторону выбитый зуб ухмыльнулся мужчине.
— Ну что ты, мы же только разогрелись?
Затем двинулся вперёд, нанося короткий удар, нацеленный в солнечное сплетение. Ойке сдвинул тело в сторону, превратив его в скользящий и крутнувшись вогнал локоть мне в спину. Раздался треск, и я снова рухнул на землю, пытаясь и не имея возможности встать. Сквозь пелену боли понял, что позвоночник, должно быть, сломан, а я парализован.
Подбежал Кирэн и присел рядом, а Ойке в это время стоял и выглядел весьма довольным собой. Адель нашлась чуть поодаль, одновременно сердитая и испуганная.
Успокаивающее ощущение пробежало по телу, и я испустил вздох облегчения, когда кости соединились вместе. Всего через минуту уже снова был на ногах, делая разминочный комплекс, чтобы убедиться в целостности. Поблагодарив Кирэна, подошёл к мастеру.
— И это всё на что способен? Жалкое зрелище, — равнодушно поинтересовался я, вынуждая самодовольный взгляд Ойке потухнуть.
— Сломал тебе восемь рёбер, позвоночник, проломил череп, повредил несколько внутренних органов. Что это, если не победа в нашей схватке? — загибая пальцы называл мастер причинённые мне травмы.
— Безусловно, — отметил ему, закидывая руку за голову и потягиваясь, — но это всего лишь прелюдия, так сражаются зорны, — используя грубую силу. Теперь, видя тебя в деле, буду драться как с достойным человеком.
Закончил растягивать руки, начал делать то же самое с ногами, полностью игнорируя Ойке, выражение лица которого с каждой секундой становилось всё мрачнее.
— Так и будешь филонить? Владычица велела тебе учить меня, а не прохлаждаться на песочке у моря.